Читаем Убийца полностью

Она глубоко поклонилась и поцеловала мою руку, а затем решительно вскочила в седло и умчалась к остальным. Через минуту караван отправился на запад, а я все еще стоял и смотрел на оседающую пыль, поднятую тысячами копыт, и думал: что же Снежана нашла во мне такого? Вроде бы и истины излагаю прописные, и действую местами глупо и нелогично, но что-то же ее убедило в этом настолько, что она даже и слышать не хочет обратного. И дело вовсе не в кольце, а только во мне.

Так ничего и не придумав, я плюнул и пошел обратно. Стоило прояснить ситуацию с наемниками, а копаться в себе сейчас было бы просто глупо. Ну, найду я пару черт своего характера, которые показались Снежане наследием Темного, и что? Убирать я их не собирался, я такой, какой есть, и мне это нравилось. Контролировать их дальнейшее развитие также бессмысленно... В общем, вывод один, когда-нибудь мне все-таки придется принять клятву верности от графини, признавая себя Темным. Да и приму. С радостью!

Вернувшись в лагерь, я опять пошел на кухню, где все еще обедали мои парни. Трапеза уже подходила к концу, и я сообщил всем, что вскоре мы выезжаем, поэтому все, кто хочет, могут пойти на речку и искупаться, а заодно напоить и помыть своих лошадей. Это сообщение вызвало восторг, так как несколько дней в степи под палящим солнцем – это довольно неприятная штука. И если мне еще было как-то полегче, то ребята, облаченные в доспехи, испытывали всю гамму ощущений курицы в микроволновке. Понятно, что после такого путешествия они пахли отнюдь не розами, что им самим было весьма неприятно. Повторять подвиги кочевников, которые мылись раз в сезон, парни явно не собирались, поэтому, быстро прожевав остатки обеда, веселой гурьбой отправились принимать водные процедуры. Все, кроме наемников.

Те стояли в отдалении и явно дожидались, пока я обращу на них внимание. Не став обманывать их ожидания, я подошел к ним и спросил:

– Ну как, вы уже определились, что будете делать дальше?

Ответил мне Даркин, выразив, видимо, общее мнение:

– Мы хотели бы остаться с вами.

– Ладно, – кивнул я. – Мои требования вы знаете, я уже высказывал их вчера, подберите себе трофейное оружие, доспехи и лошадей... Демоны!

Я вспомнил, что четвероногих уже забрали из лагеря. Придется теперь догонять табун, чтобы обеспечить наемников средством передвижения. Блин, не могли раньше сообщить о своем решении, создали такую проблему! Но не успел я приказать взять наших лошадок и догнать караван, как Даркин, понявший ход моих мыслей, сказал:

– Лошадей мы уже себе подобрали, не стоит беспокоиться.

Я облегченно выдохнул.

– Ну, тогда, как я уже говорил, у нас есть немного свободного времени. Можете трофеи разобрать и добычу поделить на всех, пока мои ребята купаются.

Я улыбнулся, но, видя, что наемники еще смотрят на меня выжидающе, спросил:

– Что-то еще?

Даркин отделился от группы и подошел ко мне. Взглянув мне в глаза, он сказал:

– Алекс, когда я говорил, что мы хотим остаться с вами, я имел в виду не в качестве добровольных помощников. Мы хотели бы стать членами вашего отряда и быть с вами до самого конца.

Я недоуменно посмотрел на него. Нет, я предполагал такое развитие событий, надеялся на это, но все же не рассчитывал, что это произойдет так скоро. Я даже не успел подготовиться, поэтому стоял столбом, как дурак, и не находил нужных слов. Чтобы просто прервать затянувшееся молчание, я спросил:

– Почему?

– Потому что мы хотим помочь остальным нашим товарищам, потому что так велит Кодекс наемников, потому что для нас это будет лучшим вариантом... Да просто потому, что мы так хотим! – решительно ответил Даркин.

– Кодекс наемников? И что же он вам такого велит?

– Одно из главных правил наемника – долг жизни, – пояснил Даркин, видимо цитируя. – Пока он не вернет его, то не может считать себя свободным. Алекс, ты спас всех нас от неминуемой гибели, от позорной смерти в рабском ошейнике, и теперь мы в долгу перед тобой.

Я возразил:

– Даркин, я не считаю, что вы мне что-то должны, и попрошу вас оставить эти мысли. Иначе получается, что я освободил вас от рабства, чтобы сделать своими рабами.

– Это не так... – начал было наемник, но я его перебил:

– Ты мне сам сказал: «Не может считать себя свободным...», так что все правильно. Поэтому я говорю всем и каждому: у вас нет долга передо мной. Я ненавижу рабство и не собираюсь становиться рабовладельцем, это понятно?

Даркин кивнул, а остальные наемники не спускали с меня глаз.

– Также наш Кодекс говорит, – продолжил цитирование Даркин, – что смерть любого наемника не должна остаться безнаказанной. Наши братья погибли в этой степи, и мы обязаны отомстить за них. Еще в Кодексе есть строчка, которая гласит, что наниматель, который нарушил договор, должен быть примерно наказан. Благодаря тебе мы знаем, что у нас появилась такая возможность, поэтому мы просим, Алекс, возьми нас в свой отряд. Клянусь, ты не пожалеешь об этом!

– Э-э-э... – я собирался с мыслями. – Я смотрю, серьезная у вас организация, раз в ней существуют такие порядки. Но Кодекс я бы немного поменял, какой-то он немного устаревший...