Читаем Убийца полностью

– От конвейера люди тупеют. Не сразу, а постепенно, изо дня в день, сами того не замечая, они становятся все более ограниченными и вскоре качественно не могут выполнять никакую другую работу.

Крот вздохнул:

– Страшные порядки в твоем королевстве. Я бы не хотел так работать.

– А ты уже на конвейере, – обрадовал я парня и посмотрел на ошеломленное выражение лица, которое продемонстрировал Крот после моих слов.

– Почему?

– А мы вот уже который день только и делаем, что выполняем одно и то же действие – мы убиваем. Это тот же самый конвейер, только с другой направленностью движущейся ленты. Ты ведь уже почувствовал, что тебе это начинает надоедать? Это первый признак конвейера. Сначала неудобство, потом раздражение, потом злость, ну а после – безразличие и скука.

– И что, нет никакого выхода?

– Почему, выход всегда есть, иногда там же, где и вход. Можно сменить деятельность, можно сделать ее более разнообразной, творческой, а можно привыкнуть и смириться – это самый простой вариант.

Видя, что Крот не понимает, я пояснил:

– Можно потерпеть все эти стадии раздражения, злости и безразличия и дождаться последней стадии. Удовлетворения. Дело в том, что когда конвейер добьется того, что человек отупеет настолько, что больше не сможет делать ничего другого, то эта работа станет доставлять ему удовольствие. Наш мозг хитро устроен и может подстраиваться под любые изменения окружающей среды, иначе мы бы все просто свихнулись. Именно поэтому человеку через определенное время будет казаться, что работа на конвейере доставляет ему удовольствие.

Мы немного помолчали, и Крот, переварив услышанное, уточнил:

– Значит, чтобы не отупеть, нужно сменить работу?

– Или сделать ее более творческой, – ответил я.

– Это как?

– Это значит – делать то, что нравится именно тебе, творить, реализовывать себя. Для классического конвейера это мало подходит, но в других случаях это обычно помогает.

– Я все равно не понял, – сказал Крот. – То есть ты предлагаешь мне не просто убивать степняков, а еще делать это так, чтобы мне самому нравилось?

Я хмыкнул:

– У нас даже такое выражение есть: «Любая деятельность должна доставлять удовольствие». Поэтому, говоря откровенно, ты абсолютно прав.

– Но это ведь дико и... неправильно! – сказал Крот.

– Согласен, но это всего лишь один из вариантов.

Парень тяжело вздохнул, и я понял, что с этим нужно завязывать. Решил блеснуть своими знаниями, да так, что мой собеседник практически ослеп. Не вовремя это, да и абсолютно не нужно ему. Я понял, что думал в этот момент именно о себе, возвращаясь к своему разговору с Темнотой. Хоть я сам не хотел превращаться в бездушного монстра, но конвейер вполне может из меня его сделать. Еще с десяток лагерей, и мне будет уже абсолютно на все наплевать. Нет, с этим нужно заканчивать или переходить на новый уровень действий, но перед этим необходимо успокоить Крота.

– Слушай, не принимай близко к сердцу все, что я сейчас сказал. У нас всех есть еще время, чтобы остаться собой. Просто я хотел сказать, что нужно быть готовым к таким изменениям в себе и прислушиваться к своей душе, иначе в один прекрасный момент можно обнаружить, что стал хладнокровных убийцей или законченным насильником. Ты первым почувствовал этот звоночек, поэтому я тебе все это и рассказал, остальные еще даже и не подозревают об этом... Да и не нужно им забивать головы. Большинство просто не поймет, а многие еще и скажут, что я раньше говорил совсем другое. В общем, запомни одно – каждый решает сам для себя, и у всех есть свобода выбора.

Крот выслушал все это и сказал:

– Алекс, но мы же не можем сейчас остановиться, ведь так?

– Да, – кивнул я. – Нам нужно закончить войну, а потом проблема конвейера решится сама собой.

– Фу-ух! – облегченно выдохнул Крот. – Ну и напугал же ты меня, Алекс. А зачем же ты мне все это рассказал, если все равно все скоро кончится?

– А ты уверен, что скоро? – посмотрел я на него.

Крот не нашелся, что ответить, а я добавил:

– Я просто зацепился за твои слова, что все это тебе начинает надоедать, и решил кое-что рассказать. Просто чтобы ты знал. Я не думал тебя пугать, просто хотел заставить задуматься.

После моих слов наступило молчание, нарушенное возгласом Трита:

– Обед готов!

Я быстро послал приятную новость всем спящим парням и велел заодно разыскать наемников и пригласить их присоединиться к нашей трапезе. Выслушав отзывы просыпающихся парней, я поднялся и пошел за своей порцией. Крот тоже встал с задумчивым видом. Вероятно, мои слова все же не были напрасной тратой времени.

– Алекс, значит, я тоже могу в один прекрасный момент превратиться в насильника? – спросил он, когда щедрый Трит выделил каждому из нас по две миски с мясным супом и пшенной кашей под соусом.