Читаем Убийство Джанни Версаче полностью

Оскорбленными себя чувствовали не только Сальветти и Элуэлл, но и множество других друзей и знакомых Дэвида, с которыми полиция вела себя как с подозреваемыми в укрывательстве беглого убийцы. Также их огорчало, что полиция, похоже, сосредоточила усилия на розыске Дэвида, а не Эндрю, хотя Вагнер и уверял их, что это не так. «Знаю, что товарищи Дэвида по работе звонили в полицию и криком кричали на них: „Да относитесь же к этому как к исчезновению или похищению, наконец! Не способен он был убить и пуститься в бега!“, — рассказывает Моника, — а полиция отвечала: „Слушайте, нам виднее, поскольку нам известно намного больше, чем вам“, — то есть попросту посылала всех куда подальше. Главное же — интонация, с которой они с нами разговаривали. Они просто решили для себя, что убийца — Дэвид, и не нужно им было никаких дополнительных свидетельств и показаний».

Утром в четверг 1 мая Вагнер наконец сподобился позвонить Кэрол Мэдсон, матери Дэвида, и сообщить ей о пропаже сына. «Разговаривал он со мной очень обходительно, — вспоминает Кэрол Мэдсон, — старался беречь мои нервы. Сказал, что в квартире нашего сына обнаружен труп, и теперь они Дэвида разыскивают, чтобы с ним поговорить». К вечеру четверга семья Мэдсонов начала осознавать, что «жизнь Дэвида в серьезной опасности».

Тем временем в полицию позвонил и Грег Нельсон — и спросил, правда ли, что Дэвид Мэдсон убит. Дело в том, сказал он, что адвокат сказал ему, что если это так, то он, Грег, будет в числе подозреваемых. Так вот, чтобы исключить свою кандидатуру, он готов выслать по факсу копии авиабилетов, подтверждающих, что 23 апреля он вылетел к себе домой в Вашингтон, где теперь живет. Сообщив о своем алиби, Грег затем пожаловался полиции на то, что регулярно подвергался «психологическим и физическим нападкам» со стороны Дэвида. Это и другие свидетельства, накапливавшиеся у полиции «в порядке проработки садомазо-версии убийства», по словам Тичича, всё больше убеждали их в том, что Дэвид вполне мог быть соучастником убийства Джеффа: «Всем было известно, что и Мэдсон занимался садомазо, и Кьюненен занимался, и не первый год у них это продолжалось».

К тому моменту у Тичича были все формальные основания для выдвижения против Дэвида обвинения в убийстве. Стероиды в спортивной сумке, показания Эрика Гринмена о том, что Дэвид играл доминирующую роль в их отношениях с Эндрю, плюс факт близости между Эндрю и Джеффом в сумме давали веское подтверждение первоначальной версии полиции: убийство на почве ревности в гомосексуальном любовном треугольнике в состоянии аффективного приступа ярости, характерного для лиц, регулярно употребляющих стероиды. «Я сразу же подумал на Мэдсона, потому что тот перестал выходить на работу. Кроме того, тело, завернутое в ковер, — объясняет Тичич. — Там была и еще целая куча вещественных доказательств. И в крови они топтались, и тело спрятать пытались. Не верится как-то, что у Эндрю была возможность полностью контролировать Мэдсона сутками напролет, не давая тому ни единственной возможности убежать».

Тичич отправился в прокуратуру округа Хеннепин за ордером на арест Дэвида Мэдсона по обвинению в убийстве, и получил отказ. «Ну как же так, убийство произошло у него на дому, уже после убийства его видели разгуливающим по району. Мне казалось, есть все основания для выдвижения обвинения», — сетует Тичич. Вагнер же, в свою очередь, уже начал кое-что понимать об Эндрю и копать под него, внимательно выслушав еще раз показания Моники Сальветти.

В пятницу 2 мая следователей ждали сплошные разочарования: бывает так, что не задался день, и всё тут. С ордером на обыск Вагнер явился наконец в сопровождении двух техников-специалистов изымать и расшифровывать всё, что осталось на квартире у Джеффа Трэйла, и нашли там на автоответчике записи и принятого Эндрю входящего сообщения для Джеффа, и сообщения от самого Эндрю, адресованного Джеффу в воскресенье вечером. Вот только ни Джерри Дэвис, ни Джон Хэкетт не взяли на себя ответственности однозначно подтвердить, что голос на записях принадлежит именно Эндрю. Технические эксперты всё, что могли, там сфотографировали, пытались найти хоть какие-то отпечатки пальцев, но всё тщетно… Нельзя было позволять Джерри Дэвису проводить там генеральную уборку! Чудовищная ошибка следствия! Нет следов — нет оснований для возбуждения дела против Эндрю Кьюненена. На столь досадные препоны следователи в ближайшем будущем натолкнутся еще не единожды.

В Барроне тем временем Мэдсоны не слезали с телефона, пытаясь хоть что-то узнать о местонахождении Дэвида.