Читаем Убайдулла-наме полностью

По счастливой случайности в тот же день в [ханском] районе был захвачен один шпион; чтобы получить от него нужные сведения, его подвергли мучительной пытке. Обнаружилось, что враг задумал сделать ночное нападение [на осаждающих], с этою целью был подготовлен [помочь ему, чрез свою измену] вооруженный отряд пехотинцев. Когда его величество узнал об этом неожиданном случае, он воспылал страшным гневом; последовал приказ прогнать пехотинцев в крепость ударами шашек и копий, не оставляя в войске.

Словом, в то самое утро отважный государь, как радеющий о своем счастье, выстроил свои войска в боевой порядок и попросил помощи у святейшего царя, которого просят о помощи, [согласно выражения]: кто просит помощи у аллаха, тому он поможет[181]. Об обратил свое лицо к чертогу сего владыки, не имеющего при себе сотоварища.

И вот государь, уповающий на божественную помощь, услышал из потустороннего мира весть о том, что его молитва там благосклонно принята. Он назначил Мухаммед Сейид ходжу накиба, Адиля аталыка и Хошхал диванбеги минга с отрядом балхского войска к воротам “Воды”, а Фархаду утарчию и Рахман-кули бию дурману с отрядом молодежи из бухарских знатных витязей, которых поименовывать было бы долго” приказал быть у ворот “Джиган”; ту же часть [армии], что была под сенью его победоносного стяга, он приказал Мухаммед Рахим бию аталыку юзу и Ма'суму аталыку сараю построить в боевом порядке под большим [своим] знаменем; Узи Тимура диванбеги катагана назначил начальником авангарда левой стороны, состоящего из отряда молодых воинов; Худаяра парваначи мангыта назначил начальником авангарда /119а/ правой стороны, состоящего из отряда отважных храбрецов. [Все] войны и храбрые витязи, кои в это время похвалялись своею неустрашимостью, одевши кольчуги упования [на милость аллаха] и вытащив из ножен мечи отваги, пребывали в стадии бодрости. Когда крепость обложили со всех сторон[182], то в то время, когда искусный, разящий кинжалом, ездок — солнце, одержал победу над ночью на груди времени и выступление утренней зари из источника солнца проявило признаки [ее] распускания, когда рассвет, трепля локоны ночи, стал излучать свет и лицо мира, подобно [металлическому] китайскому зеркалу, заблестело, полируемое светом: