Читаем Тысячелетний сокол полностью

Днем ли, ночью ли, Сомпа или Безант всегда были рядом: помогали побороть приступы отчаяния, напоминали о том, что он должен привыкать к новой жизни постепенно, шаг за шагом, помогали отделить истинную память от ложной. Не было у него ни жены, ни детей, ни уютного домика на Брентаале-4. Он не проделал и половины тех вещей, о которых помнил.

Несмотря на их помощь и поддержку, происходящее по-прежнему виделось ему долгим, затянувшимся сном — казалось, стоит лишь проснуться, и он вновь окажется на борту «Звездного посланника» и увидит Риза, что-то стряпающего на камбузе. Сомпа и Безант не желали говорить с ним об аварии, из-за которой он оказался в «Авроре». Они признавали, что извлечь сведения из его памяти возможно, но настаивали на том, что для его психического здоровья будет лучше, если память восстановится естественным путем. Последнее, что он помнил с относительной ясностью, — то, как он сидел за пультом старенького ИТ-1300, рассекавшего гиперпространство. Но он не мог определить, когда это было, откуда они с Ризом летели, куда направлялись и зачем. И как же, скажите на милость, ему удостовериться, что все происходящее с ним реально, а не очередной запрограммированный сон?

Ежедневно в течение этих двух недель Сомпа давал клятвенное обещание поместить Джадака в бакта-камеру, преподнося это как панацею от всего, а не только от дискомфорта из-за протезов. И вот однажды утром его взаправду без предупреждения погрузили в целебный раствор, предварительно нацепив на лицо маску-голоэкран и запустив обучающий курс истории, и все сомнения в реальности происходящего отпали сами собой.

Потому что никто не смог бы выдумать катастрофические события, о которых он узнал из исторических сводок.

Война между Республикой и Конфедерацией Независимых Систем — война, в которой Джадак и бесчисленное множество других отчаянно боролись за мир и справедливость, — на поверку оказалась искусной уловкой, из-за которой Орден джедаев был уничтожен, а Галактика оказалась во власти владыки ситов. Но Сила в конечном итоге восторжествовала, когда императора Палпатина низверг с трона сын джедая, которого некогда почитали как героя. Однако понадобились годы сражений с пережитками Империи, прежде чем Новая Республика смогла подняться из пепла Старой. И даже тогда мир оказался недолговечен. И без того охваченную раздорами Республику осадили иногалактические пришельцы, известные как йуужань-вонги, проявившие невиданную доселе Галактикой жестокость. Они уничтожали и видоизменяли планеты, они поставили целые народы на грань вымирания. Отдельные планеты — такие как Корускант и Оброа-Скай — до сих пор тщились избавиться от инородного покрова, который набросили на них йуужань-вонги. А совсем недавно Галактический Альянс противостоял уже новой угрозе, исходившей от рыцаря-джедая, который, подобно Энакину Скайуокеру, принял учение и перенял тактику ситов в попытке сформировать новый галактический порядок. И сейчас — вот уж поистине ирония судьбы — бразды правления Галактическим Альянсом оказались в руках бывшего офицера Империи — Натаси Даалы.

Подавляющие дух откровения, сообщения о чудовищной смерти его друзей и родственников, гибели городов и планет, истреблении народов, к которым он относился с теплотой и симпатией, — на фоне всего этого собственные заботы Джадака уже казались не столь значительными. И пусть ноги его постепенно приживались, на сеанс погружения он всякий раз являлся с ужасом, и вовсе не из-за приторного послевкусия бакты на губах; его пугала перспектива узнать новые подробности истязаний, которым подверглась за прошедшие годы Галактика.

С неделю Джадак избегал делать запросы о себе в ГолоСеть и в конце концов сильно пожалел, когда все-таки поддался порыву. Найденные данные были до определенной степени верны, но эта история жизни Тобба Джадака была не слишком к нему справедлива. Когда-то он считался одним из самых одаренных гонщиков на свупах и звездолетах, каких только рождала Галактика за сотню лет, и даже установил рекорд скорости в 655 километров в час на «Свуп-петле Грандена», но после Гран-при Балморры скатился в разряд заурядностей — и это по меркам благосклонных к нему изданий; иные же и вовсе клеймили его позором. И даже в тех сводках, где сообщалось, что Джадак вынужден был сдать гонку под нажимом хаттских преступных авторитетов, связанных с семьей Ригорра-Грудо, он все равно был выставлен в самом дурном свете — за то, что сделал солидную ставку в букмекерской конторе на свой провал. Джадака угнетало, что ни в одном из найденных отчетов не сообщалось всей правды. Но разве могло быть иначе, если ГолоСеть была лишена всяких упоминаний об обществе «Республика», не говоря уже об участии в нем Джадака — и это даже несмотря на то, сколько разоблачительных сведений о так называемых Войнах клонов и злодейских махинациях Палпатина за последние годы выплыло на свет?