Читаем Ты здесь? (СИ) полностью

В её глазах проглядывается толика грусти, об которую с легкостью можно порезаться или вовсе расколоться на части. Безучастие, данное будто бы в наказание, заставляет внутренности выворачиваться и стягиваться в тугой узел. Мысли о том, что ничего не выходит, бьют резко и больно до того, что мир вокруг теряет свои реальные очертания, превращаясь в одно сплошное пятно. В конечном итоге, все попытки оказались лишь тратой драгоценного времени, проведенного в пустую — ни ритуалы, ни книги, ни записи в интернете не дали нам хотя бы секундную возможность ощутить тепло от прикосновений, равно как и самих прикосновений. Столкновение с реальностью оказалось слишком жестким, оскольчатым, до невозможности противным, но принимаемым.

Нужным. Потому что без принятия сложнее. Без принятия границы все еще расплывчаты, все еще покрыты наивной верой в благоразумие судьбы.

— Знаешь, я впервые живу у моря, — признается Айви. — Ну, если не считать отели, в которых я останавливалась, когда была за границей. Но жить вблизи моря — иное чувство. Здесь умиротворенно, спокойно, нет спешки, беготни от дома до работы. Я чувствую себя иначе, когда просыпаюсь. Словно действительно живая, а не подобие той, кем была раньше. Нет ощущения пустоты, которое преследовало меня очень много лет, не грызет одиночество, я не чувствую себя виноватой и… неправильной. Здесь, рядом с тобой, я наконец понимаю, что все те мысли были лишь чужим мнением, которое я принимала за чистую монету. Иногда нужно уехать, чтобы собрать себя воедино. Есть множество вещей, способных поставить под сомнение все, что было важным и нужным. Я много лет считала, что будет правильней делать вид, будто мой дар — ошибка, как и я сама. Но сейчас, оценивая всю ситуацию на трезвую голову, наконец разобравшись в себе и приняв многие свои недостатки, могу с уверенностью сказать, что я достойна всего того, что сейчас имею. Благодаря всему, что произошло, я сумела полюбить себя, понять, разобраться во всех страхах, от которых раньше убегала.

— Ты переехала именно поэтому? — задаю вопрос, который волнует меня уже долгое время. Айви медлит, а затем усмехается — горько, словно не хочет вспоминать об этом.

— Скорее, хотела сбежать как можно дальше от мамы. Рядом с ней я была той самой Иви, что старалась казаться нормальной, чтобы получить или заслужить — уже и не знаю, если честно — её любовь. После окончания обучения я вернулась обратно, но меня хватило ровно на три дня, ведь мама с тех пор так и не изменилась. Она по-прежнему смотрела на меня так, словно я бракованный товар, который она хранит где-то в подсобке — жалко выбросить. Но это больше не важно. Теперь каждый из нас живет той самой жизнью, которую сам выбрал. Не думаю, что она сожалеет, да и я, будучи честной перед тобой и самой собой, не скажу, что тоже жалею обо всем этом. Я наконец собрала себя воедино, — она улыбается — тепло настолько, что у меня внутри все дрожит. — Так что я ни о чем не жалею.

— Я рад этому. До переезда ты была… другой. Сейчас в тебе будто больше жизни. Я бы так никогда не смог, зная, что у меня за плечами остался кто-то из близких. Из-за потери родителей я стал ценить то самое беззаботное время, проведенное рядом с ними. А после смерти бабушки вдруг понял, что остался один. Хотя ощущение одиночества преследовало меня на протяжении всей моей жизни, сколько бы я не пытался переубедить себя в обратном. У отца с матерью всегда был их собственный мир, в котором мне не нашлось должного места. Бабуля пыталась компенсировать отнятое детство, любовь, заботу, но надолго её все равно не хватило, и я жалею, что все время сбегал в себя, не пытаясь дарить ей в ответ то же самое. А после смерти, то, чего я боялся больше всего, настигло меня, как снежный ком. Я задыхался под тяжестью этого бремени, хотел уйти, но никак не находил в себе смелости. Было много переломных моментов. Много того, чего я делал неправильно. Знаешь, сожаление до сих пор заставляет меня чувствовать себя жалким, ведь что бы не происходило я все равно оставался тем же самым маленьким мальчиком, который боялся не только перемен, но и самого себя в частности.

— Иногда жизнь ставит нас в те условия, из-за которых многое может измениться. Она несправедлива, жестока, беспощадна к тем, кто по сути ни в чем не провинился. Но по-другому никак. Ты тоже изменился, Лео. Не думай, что я одна сумела многое принять и обдумать. Я уверена, что будь твоя воля, ты бы тоже уехал. Судя по тому, как ты каждый раз смотришь в окно, мечты о том, чтобы оказаться подальше от этого дома, сильнее, чем может показаться. Они всегда в тебе были. И дело далеко не в смелости, ведь чтобы остаться там, где было больно, тоже нужны силы. Ты не слабый. Не считай себя тем, кем на самом деле не являешься.