Маленькая голубоглазая девочка подошла к фонтану. На вид ей было около двух лет. Красное платьице и красный бант. Такого лилового оттенка. Ей очень шло. Она опустила маленькие ладошки в фонтан, чтобы зачерпнуть воды. Невысокая стройная женщина подошла к ней, наклонилась и что-то сказала. Я сделала шаг к ней навстречу. Но они уже отвернулись и медленно отдалялись от меня.

— Ты чувствуешь? — спросила я Игоря.

Необычный аромат в воздухе. Кофе. Кофе с корицей. И Горького шоколада. Мое сердце замерло, дыхание перехватило. Я последовала за этим ароматом. За этой женщиной в белой футболке и голубых джинсах. За этой светловолосой девочкой в красном платье. Они быстро удалялись. Я боялась потерять их в толпе.

— Юлия, — Игорь схватил меня за руку. Я подняла на него глаза. В них читалась боль. Но я не могла остановить себя. За те секунды, что я смотрела на Игоря, женщина с ребенком ушли. Я вырвала руку и побежала. Я искала их глазами, я хотела снова уловить запах кофе. Такой знакомый, такой любимый, такой безвозвратно упущенный.

— Юля, нет. — Игорь снова схватил меня за руку. — Я не дам тебе снова упасть. — И я снова посмотрела на него. Теперь уже я не вырывалась. Я просто оглянулась. Солнечный свет скользил по тропинке, заполненной людьми. Он здесь, он близко. Почему я не могу до него достать.

— Мама! — сын взял меня за руку. Нестерпимо громкий звук магнитиков на браслете вернул меня в реальность.

— Все хорошо, родной, — сквозь слезы проговорила я. Я сжала его руку, посмотрела в его глаза. — Все хорошо. Пойдем.

Я последний раз обернулась. Сквозь деревья я не увидела, как девочка в красном платье потянула папу за руку. Он присел к ней, взял ее на руки. Сквозь деревья я не увидела, как она показывала ему своей маленькой ручкой в нашу сторону. Я не увидела, как он обернулся посмотреть, что так заинтересовало его дочь. Я не увидела, что у него белоснежно-голубые глаза с крошечной точкой в левом глазу.

Глава 58

16 сентября 2021 года.

Рассвет превратился в полноценное утро. Только вот солнца на небе не было видно. Небо заволокли серые тучи. В комнате тоже сгущались краски. Я снова подошел к окну. Повеяло прохладой. Юлия, сидя в кресле, поежилась. Но я не стал закрывать окно.

— Могу я попросить у вас еще воды, — тихо сказала Юлия.

Я без слов взял со стола бутылку воды и налил в ее стакан, который она до сих пор продолжала держать в левой руке. Она ни разу не сдвинулась с места. Я снова поразился ее выдержке. Поза оставалась все такой же закрытой и зажатой. Только по ее лицу можно было понять, что она чувствует. Одинокая слеза снова скатилась по ее щеке. Я вежливо предложил ей салфетку. И обругал себя, что не сделал этого раньше. Она взяла ее правой рукой. Я услышал еле тихий звон. Через секунду увидел серебряный тоненький браслет с плоским камешком.

— Вторая половинка у сына, — Юлия обратила внимание, куда я смотрю. Я и не знал, что такие вещи действительно могут существовать, пока не убедился в этом собственными глазами.

Утренний свет освещал лицо Юлии. Я поразился, какой она выглядит уставшей. Бессонную ночь выдавали темные круги под глазами. Лицо было очень бледным. Да я и сам выглядел не лучше. Только яркие губы Юлии говорили о том, что в ней все еще течет жизнь. Она очень мило время от времени облизывала и закусывала нижнюю губу. От этого они становились еще ярче. Вот только глаза совсем не улыбались.

Я стал размышлять. Тишина уже хорошенько освоилась в нашей комнате и делала, что хотела. Я дал время подумать и Юлии. Ее муж любил ее безумно, а она была лишь благодарна ему за это. Как можно это принимать? Он искал для нее Виктора, искал вместе с ней, при этом любя ее. Взамен она отдала ему оставшуюся жизнь, оставшееся время, которое бесконечно ценила. И только сейчас я понял, какой великой может быть благодарная любовь.

— Вы все еще пишете стихи? — внезапно спросил я. Юлия подняла на меня удивленный взгляд. Что-то блеснуло в ее зрачках и так же быстро потухло.

— Этим летом написала первое за двенадцать лет стихотворение. И уже, наверное, последнее.

— Почему вы так считаете?

— Я писала только для него. Когда его нет рядом, зачем? Когда он не сможет его прочесть.

— Вам станет легче, — парировал я. — Это освобождает душу. Я вам уже говорил.

— Уверены?

— Да. По крайней мере, его можно отправить ему.

— Только вот вы забыли спросить: а ему это нужно?

Я опешил от этого вопроса.

— Ну вы же этого не знаете, — пытался успокоить Юлию.

— Знаю, поэтому и не пишу, — голос Юлии становился раздражительнее. Сказывались усталость и бессонная ночь.

— За свое счастье нужно бороться. Вы так не считаете, — еще одна попытка прозвучала неуверенно. — За любовь нужно бороться.

— Расхожая фраза.

— Но ведь это действительно так.

— Если это счастье будет построено на несчастье других людей, то это не имеет смысла, — Юлия задумалась. Ее глаза внезапно потемнели.

— Что тогда в вашей жизни имеет смысл? — я тоже немного начинал раздражаться. Я совсем не понимал Юлию. Да и под утро это желание совсем пропало.