Смотрел на неё сегодня, конечно, внешне это кремень, такая вся деловая и с хваткой. Но на самом деле – посмотришь в глаза и поговоришь, и совсем другая девушка открывается.

Встал и начал гуглить достопримечательности Липецка. Что ей может понравиться? В Москве она ездила только по офисам, центральным улицам и клубам. Любит ли она вообще гулять, например, по простому парку? Ну не в музей же ее вести в самом деле.

Я закрыл компьютер и лёг спать. Что со мной происходит? Раньше бы послал куда подальше, сказал бы, что это не входит в мои обязанности работать аниматором. А сейчас выполняю любую просьбу как собачка. Тьфу. Ты. Бесполезно, видимо, говорить своему сердцу, что она не для меня. Бесполезно.

София

Просыпаюсь и не могу определить, где я. Низкий потолок и маленькая комната. Никогда раньше я не просыпалась в таком убогом месте. Как будто в чужой жизни нахожусь.

Даже не ожидала, что Пётр так серьезно воспримет мою шутку. Я просто так спросила, что можно посмотреть в этом городе. А он целую программу подготовил. Сразу после завтрака повёз меня в один парк, затем в другой. Я сама не понимала, злюсь я от такого рвения или радуюсь. Факты «интересные» рассказывает:

– А это у нас «Липецкий Петергоф», так назвали, потому что здесь очень много фонтанов. Ну сейчас сама увидишь, хотя они не работают зимой, но все равно красиво.

Я хочу поправить его. Мы вообще-то на «ты» не переходили. Но он берет меня за руку, и я совсем теряю дар речи. Точно попала в другую реальность. Я отдергиваю руку. Пётр смотрит на меня смущенно и тараторит:

– Тут просто много ступенек, а у тебя каблуки, хотел подстраховать.

Ступенек действительно очень много. Ещё и снег лежит. Сходство с Петергофом я не нахожу, сажусь на лавочку, чтобы перевести дух от этой насыщенной программы. Что только мы сегодня не смотрели: и пруд с лебедями, «который подогревается зимой, чтобы птички не замёрзли», и парк с редкими деревьями, «жалко, что в снегу они все одинаковые, вы к нам летом приезжайте».

Да, экскурсовод из него никакой. Но все равно было весело и местами даже интересно. В общем, город неплохой. Спокойный, в зимней спячке. В Москве ведь зиму замечаешь только по украшениям, а тут она в воздухе чувствуется, под ногами.

Я и сама в Липецке стала как будто спокойнее: в Москве все время куда-то торопишься, бежишь. А здесь есть время посидеть на лавочке. Просто поболтать.

После передышки мы встаём и идём дальше, а Пётр продолжает рассказывать факты о фонтанах. Я понимаю, что ужасно устала. Через дорогу замечаю торговый центр.

– А давай немного по магазинам пройдёмся? – предлагаю ему.

Магазины, конечно, так себе, но есть и хорошие.

Теперь мы поменялись местами. Петр ходит за мной молчаливый, как телохранитель.

Люди здесь такие же бесцеремонные. Я примеряю платье, продавщица весело спрашивает:

– А может, вы покажитесь своему парню, что он думает?

Не знаю, услышал ли эту реплику Пётр. Наверное, нет, он стоит у самого входа, далеко от примерочной. А мне не хочется хамить и объяснять, что он водитель. Послушно выхожу из примерочной, подхожу к Петру вплотную, кручусь и спрашиваю:

– Ну как тебе?

– Очень красивая, – отвечает он, а смотрит вовсе не на платье, а прямо мне в глаза. Да не просто в глаза, а как будто в самый эпицентр. Плохая была идея так пошутить, быстро разворачиваюсь и ухожу в примерочную. Не буду покупать это платье. Переодеваюсь в свою одежду и смотрю в зеркало. Щеки красные, как будто я переборщила с румянами. Либо в этом магазине слишком жарко, либо я первый раз в жизни покраснела. Склоняюсь больше к первому варианту.

Глава 8

София

Потом мы долго искали место в торговом центре, где можно перекусить, Пётр делает вид, что как будто ничего такого и не говорил. Снова обращается ко мне на «вы».

– Да, а жаль, что в этом центре нет ваших пирогов из пекарни, съел бы сейчас с удовольствием.

Я немного обдумываю его мысль. А ведь это гениально. Если поставить палатку в торговом центре, продажи существенно повысятся. Говорю ему:

– Знаешь, это неплохая идея. Надо запомнить.

Находим пиццерию. Тысячу лет не ела такую еду. Вообще, в рот не лезет. Как бы после этой командировки ни пришлось садиться на диету. Вспоминаю о билетах на Бали после Нового года и отодвигаю тарелку. Не хочу выглядеть в купальнике хуже, чем мои подруги.

А вот Пётр ест с аппетитом. Так смачно, что я даже улыбаюсь. Тоже мне гурман, он, наверное, вообще не привередлив в еде. И как только вчера понял про тесто? Спрашивает у меня, снова на «ты»:

– Не любишь пиццу?

Я киваю, а он продолжает:

– Это просто ты не пробовала, как моя мама готовит. Пальчики оближешь. У меня тоже хорошо получается, тут они тесто передержали и мало сыра положили.

– Ты умеешь готовить?

– Люблю готовить, да, – смущенно улыбается. Не думала, что мужчины с таким телосложением умеют смущаться. Странный такой.

Мы некоторое время молчим. А потом Петя понижает голос на несколько тонов и спрашивает:

– Я хотел спросить, можно мне на полдня съездить завтра домой семью проведать?