Читаем Ты полностью

давай мы будем говорить и ни о чем и очень молчадавай мы станем не любить и не молчать  о чем-то общемс собой на ты и до следов белесых на щеках пощечинкричали с разных берегов сворачивались в трубки ночия их курила за двоих табак отплевывала горькийсидели на плечах моих откормленные перепелкилениво  клювом ткнув в висок сказала та что была справа"а ты уже на волосок от пропасти и переправатвоя разрушена давно  и (это прозвучит банально)но мост сгорел пробито дно у лодки берег скользкий скальныйты до него не доплывешь а доплывешь – не заберешьсяу моря ледяная дрожь в нем утонуло даже солнце"а та что слева говорит "не слушай разбегись и прыгниподумаешь всего на миг зато  сбежишь из камер жизни"две полуптицы неживых вы ничего не понималинет шансов  больше никаких  для игроков в полуфиналеи кто б из них ни победил в финал всегда выходят обапобеда – примитивный тыл  нет конуры у ездовогов шеренги выстроены дни не бесконечны вереницыа триумфальные  огни  лишь стопари  в глазах возницы сровнял ухабистость дорог  снег оголтелый чисто белый а пьедесталы – есть порог – черта между душой и теломсвет победителей судил сквозь пальцы  весело не строготела снимал сдавал в утиль  а души ставил у порогакак обувь  кончился сезон  снегов оторвана подошвабашмачник вырежет шаблон гвоздями пришпандорит к  доскам

На берегу зимы

на пустом берегу зимылед мешая с песком и галькойпосыпая холсты волныв сундуках моря снежным талькомнеприкаянный ветер дулобмораживал скалам щекии одну  превращал в сто луна другую – в сто  одиноких у одной забирал теплоа другой выдавал отчаяньеосыпалось как оргстеклонебо битое клювом чаектам вальяжные валуныпридавили собою сушуна пустом берегу зимыгде  никто никому не нужен

Навеки ваша

не говорите о любвия впечатлительная  оченькак к  течной суке кобелиприлипли к небу звездок точкисмотрю во все глаза на нихсчитаю и со счета сбившисьраскраиваю до интригневразумительности кипишв многообразии крючковпетелек палок закорючекпеньков и бляшек от сучковсажу себя на детский стульчикпослушно открываю роти по щекам размазав кашуглотаю молча "вот урод"и  мямлю вслух "навеки ваша"не говорите о любвидавно рассказано не вамиглубокий выдох  и на три - идите…к маме

Эхо

Перейти на страницу:

Похожие книги

Москва
Москва

«Москва» продолжает «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), начатое томом «Монады». В томе представлена наиболее полная подборка произведений Пригова, связанных с деконструкцией советских идеологических мифов. В него входят не только знаменитые циклы, объединенные образом Милицанера, но и «Исторические и героические песни», «Культурные песни», «Элегические песни», «Москва и москвичи», «Образ Рейгана в советской литературе», десять Азбук, «Совы» (советские тексты), пьеса «Я играю на гармошке», а также «Обращения к гражданам» – листовки, которые Пригов расклеивал на улицах Москвы в 1986—87 годах (и за которые он был арестован). Наряду с известными произведениями в том включены ранее не публиковавшиеся циклы, в том числе ранние (доконцептуалистские) стихотворения Пригова и целый ряд текстов, объединенных сюжетом прорастания стихов сквозь прозу жизни и прозы сквозь стихотворную ткань. Завершает том мемуарно-фантасмагорический роман «Живите в Москве».Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Поэты 1880–1890-х годов
Поэты 1880–1890-х годов

Настоящий сборник объединяет ряд малоизученных поэтических имен конца XIX века. В их числе: А. Голенищев-Кутузов, С. Андреевский, Д. Цертелев, К. Льдов, М. Лохвицкая, Н. Минский, Д. Шестаков, А. Коринфский, П. Бутурлин, А. Будищев и др. Их произведения не собирались воедино и не входили в отдельные книги Большой серии. Между тем без творчества этих писателей невозможно представить один из наиболее сложных периодов в истории русской поэзии.Вступительная статья к сборнику и биографические справки, предпосланные подборкам произведений каждого поэта, дают широкое представление о литературных течениях последней трети XIX века и о разнообразных литературных судьбах русских поэтов того времени.

Дмитрий Николаевич Цертелев , Александр Митрофанович Федоров , Даниил Максимович Ратгауз , Аполлон Аполлонович Коринфский , Поликсена Соловьева

Поэзия / Стихи и поэзия