Читаем Ты полностью

мне повезло  потрогать пустоту,вселенную заткнувшую за пояс,через нее за поездом шел поезд,там кожу, как с березы бересту,за слоем слой  до самой сердцевины,соленым смехом раны залепив,снимали, не обрезав пуповины,не возводя  себя в  суперлатив.но там теперь другие пирогипекутся в электрической духовке,китайские на плечиках обновки,отдали богу обжигать горшки,в местах отхожих,  заменив биде,бумаг рулоны,  мыло, полотенце,вылизывают тщательно везде,и на себя не могут наглядетьсяв зеркальность  гладко выбритых яиц,сосут взахлеб,  сосут  благоговейно,уткнувшись носом  в ямку ягодицтого, кто больше не "блюет портвейном".и я там был,  испытывал оргазм,и колотил об угол дома  душу,пока ни понял, что мне ссали в уши,используя меня, как унитаз.мне щекотали ершиком нутро,мне забивали горло под завязкубожественной комедиальной смазкойиз бутылька с нашлепкой «божество».

Нас рисовали наугад

я все равно тебя люблю,как родину, как мать, как воздух,и бога перед сном молю,чтобы сложил как надо звезды,люблю я вовсе не тебя,мне безразлично кто и где ты,и по законам бытиямы  – только отражение света,и преломление лучей -игра теней в обмане зрения,и мы ничьи, и мир ничейв четырехмерном измерении,нас рисовали наугад,макая пальцы в краску, дети,и с детских пальцев суррогатв замысловатые сюжетыразмазывался по холсту,пересекаясь где попало,черта ложилась на черту,пошла возня под покрываломлистов, форматом  А и Б,внушая индивидуальностьслучайно выбранной черте,предполагая не случайность.я непонятно говорю?заносит мозг на поворотах.да, я тебя, тебя люблю,но мне неважно, где и кто ты.

Семена

я жду весну и покупаюпопутно с хлебом семенаа с полки пялится папайянедружелюбно на менянасупившись в черту сплошнуюна переносице зимазудит и прячу под полу ятепло чужое задарманесу домойсугробов сгусткипинком израненная дверьсобачья стаячувств моллюския пью без закуси по-русскисердечные скулят нагрузкидавно несмазанных петельи чужестранная папайямне собутыльница теперь

Фантазёры

нам лето танцевало енкусверкая неглиже ромашекободранные жгло коленкизеленкой пашена мы в стогу валялись сенав трусы букашки заползалии пахло солнцем небом спермойи облакамифривольно стрекотал кузнечикбесцельно бабочки слонялисьгуляли кони без уздечекцветы влюблялисьв друг друга в нас в горячий воздухв полет шмеля в пчелы жужжаньеи день как есаул на роздыхприлег в пижамеиз сгустка знойного пошитойзастегнутой на все озераи мы одни все шито-крытоу фантазеров

Ни о чём и очень молча

Перейти на страницу:

Похожие книги

Москва
Москва

«Москва» продолжает «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), начатое томом «Монады». В томе представлена наиболее полная подборка произведений Пригова, связанных с деконструкцией советских идеологических мифов. В него входят не только знаменитые циклы, объединенные образом Милицанера, но и «Исторические и героические песни», «Культурные песни», «Элегические песни», «Москва и москвичи», «Образ Рейгана в советской литературе», десять Азбук, «Совы» (советские тексты), пьеса «Я играю на гармошке», а также «Обращения к гражданам» – листовки, которые Пригов расклеивал на улицах Москвы в 1986—87 годах (и за которые он был арестован). Наряду с известными произведениями в том включены ранее не публиковавшиеся циклы, в том числе ранние (доконцептуалистские) стихотворения Пригова и целый ряд текстов, объединенных сюжетом прорастания стихов сквозь прозу жизни и прозы сквозь стихотворную ткань. Завершает том мемуарно-фантасмагорический роман «Живите в Москве».Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Поэты 1880–1890-х годов
Поэты 1880–1890-х годов

Настоящий сборник объединяет ряд малоизученных поэтических имен конца XIX века. В их числе: А. Голенищев-Кутузов, С. Андреевский, Д. Цертелев, К. Льдов, М. Лохвицкая, Н. Минский, Д. Шестаков, А. Коринфский, П. Бутурлин, А. Будищев и др. Их произведения не собирались воедино и не входили в отдельные книги Большой серии. Между тем без творчества этих писателей невозможно представить один из наиболее сложных периодов в истории русской поэзии.Вступительная статья к сборнику и биографические справки, предпосланные подборкам произведений каждого поэта, дают широкое представление о литературных течениях последней трети XIX века и о разнообразных литературных судьбах русских поэтов того времени.

Дмитрий Николаевич Цертелев , Александр Митрофанович Федоров , Даниил Максимович Ратгауз , Аполлон Аполлонович Коринфский , Поликсена Соловьева

Поэзия / Стихи и поэзия