Читаем Творцы будущих знаков полностью

В полночь притти и уткнутьсяв подушку твоей любви— Завтра уеду в Москву! —Освободятся сЕльтерские ноги мои,ими, как локтем пропеллера, взмахну!сто лет с тобою прожившине позабыл о Ней Единой.ЧЕРЕЗ закорючки капусты, по крышам,летит мой дух лебяжийНа — фта — линный!

1919

«У меня изумрудно неприличен каждый кусок…»

У меня изумрудно неприличен каждый кусокКостюм покроя шокингво рту раскаленная клеем облаткаи в глазах никакого порядка…Публика выходит через отпадающий рота мысли сыро-хромающие — совсем наоборот!Я В ЗЕРКАЛЕ НЕ ОТРАЖАЮСЬ!

1919

«пошел в паровую любильню…»

Я пошел В ПАРОВУЮ ЛЮБИЛЬНЮГде туго пахло накрахмаленным воротничкомРастянули меня на железном кружилеи стали возить голым ничком.Вскакивал я от каждого соприкосновеньякак будто жарко ляпали СВИНЦОВЫМ ВАРЕНИКОМ!кивнули — отрубили колениа голову заШили В ЮБКИ БАЛОН.. . . . . . . . . . .и вот развесили сотню девушекВЫБЕЛИТЬ ДО СЛЕЗ НА СОЛНЦЕПЕКЕа в зубы мне дали обмызганный ремешокчтоб я держал его пока не женюсь на безбокойтолько что вытащеннойИЗ МАЛИНОВОГО варенья!..

1919

Смерть кувырком

Стосковалась моя железка по кислице салатуи стукальцам небылици закинув несгораемую хатуввысь подымаюсь как накрахмаленная певица!Забросил я память от жажды нового —дыма и шипа бугорчатых машиннегра кочегарно-танцующего голого,без пиджака… испола! Терпентин!АРМАТУРЮ! В ТАНЦЫРЬ ЗАКОВАННЫЙнад пропастью взлетаю как пученье морской буркоты —И ДЕВЫ ВЛЮБЛЕННЫЕ ДО КОСТИ ИЗЖЕВАНЫПОСЛЕДСТВИЯМИ КРАСОТЫ!..и вот собрались всетелесными ерзая выступамиколенями пригнули меня к землев лоб мягко выстрелили    чмок! квю!    будля умрюк!

1919

«Я прожарил свои мозг на железном пруте…»

Я прожарил свои мозг на железном прутеДобавляя перцу румян и кислотЧтобы он поправился, музка тебе большеЧем размазанный тортЧтоб ты вкушалаЩекоча ноготком пахнущий терпентином (смочек)Сердце мое будет кувыркомКак у нервного КубеликаСМЫЧЁК

1919

Велимир Хлебников в 1915 году

После серного дождя, землетруса,на обломках горелых бревенчеловечек уже мучаетсянад постройкой нового крова.Тебе будут плевать в лицо,по пяткам бить бамбуком,а ты, ославленный подлецом,не дрогнув, идешь на всенародные муки.Художник, бедняга, босяк,стройный тюльпан пустыни,без страха,без денег,скользишь по камням,одетый в лучи и овчину.Мерцающим светомруки подняты кверху.Неутолимая надежданеугасима купина!И нынче яростней, чем прежде,И на предвечные времена.

1921

Голод

Перейти на страницу:

Все книги серии Библиотека авангарда

Творцы будущих знаков
Творцы будущих знаков

Книга представляет СЃРѕР±РѕР№ незавершенную антологию русского поэтического авангарда, составленную выдающимся СЂСѓСЃСЃРєРёРј поэтом, чувашем Р". РђР№ги (1934–2006).Задуманная в РіРѕРґС‹, когда наследие русского авангарда во многом оставалось под СЃРїСѓРґРѕРј, книга Р". РђР№ги по сей день сохраняет свою ценность как диалог признанного продолжателя традиций европейского и русского авангарда со СЃРІРѕРёРјРё предшественниками, а иногда и друзьями — такими, как А. Крученых.Р". РђР№ги, РїРѕСЌС' с РјРёСЂРѕРІРѕР№ славой и лауреат многочисленных зарубежных и СЂРѕСЃСЃРёР№СЃРєРёС… литературных премий, не только щедро делится с читателем текстами поэтического авангарда начала ХХ века, но и сопровождает РёС… статьями, в которых сочетает тончайшие наблюдения мастера стиха и широту познаний историка литературы, проработавшего немало лет в московском Государственном Музее Р'. Р'. Маяковского.Р

Алексей Елисеевич Крученых , Михаил Ларионов , Василиск Гнедов , Павел Николаевич Филонов , Георгий Николаевич Оболдуев , Геннадий Николаевич Айги , Геннадий Айги , Георгий Оболдуев

Поэзия / Стихи и поэзия

Похожие книги

Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия