Читаем Твой подарок полностью

Ненавижу сталь, ненавижу этот голос. Низкий, властный, жестокий. Кому бы он не принадлежал - это существо не способно ни на каплю теплоты.

- Продолжим, ты знаешь, почему степной народ поклоняется духам, а не богам?

Что за странный вопрос? Люди, что живут в степи не придерживаются общепринятой религии. Общепринятая - это вера в двух богов - Света и Тьму. Степь издавна поклоняется духам, почитает духов четырех стихий и не признают никакой иной религии.

- Не знаю, - беззвучно шепчу, но он слышит, слышит и недоволен ответом.

- Тасуна, я могу сделать больно, очень больно. Будет лучше, если ты ответишь...

Не угроза - просто факт. Факт, как если бы он сказал что ночью темно, а солнце встает на востоке.

- Не надо пожалуйста, не надо, - я испугалась, сжалась в комочек и прикрыла голову руками.

- Ответ? - чуть требовательнее спрашивает голос.

- Не надо, - я продолжаю просить.

Щелчок пальцами.

Магический огонь появился из ниоткуда и разом охватил мое тело. Языки желтого и красного пламени окружили меня, обняли и принялись жечь. Я закричала от боли, на глазах выступили слезы. Я покатилась по полу кувырком, в надежде скинуть пламя.

Как больно!

Больно!

- А-а-а! - кричу и задыхаюсь от от собственого крика, кричу и умираю...

Щелчок пальцами.

Огонь исчез. На теле остались ожоги, воздух пропитывался запахом тлеющей одежды, а по щекам потекли горячие слезы. Я возненавидела. Я злилась - за те доли секунд, что помещение было наполнено светом огня я не разглядела владельца голоса. Это взбесило меня. Бесило намного сильнее, чем красные ожоги на теле, чем полное отсутствие света, чем тот факт, что я неизвестно где и смогу ли я выйти отсюда.

Духи не знают ненависти, злобы, зависти. А я открыла новое чувство. Всепоглощающую ненависть.

- Клянусь, ни на земле, ни в воде, ни в воздухе, не видать вам...



Азраин



Я только усмехнулся клятва? Клянется меня убить? Я прервал ее лепет:

- Не давай клятв, что не можешь исполнить.

Девушка замолчала, так и не договорив. Но это меня не заботило. Заботило меня ее тело...

Одежда сгорела, обнажая стройные ноги, гибкий стан, высокую грудь.

Неожиданно для самого себя, я признался, что хочу это тело. Дух любой стихии совершенен, красив, неповторим. Но в этой водной красотке было что-то такое особенное... Что-то такое, чего я захотел.



Тасуна



Я лежала на полу, на боку и хотела уже выпрямиться и сесть, как неведомая сила смела меня. Чужое тело навалилось сверху и прижало к холодному полу. Еще секунда и чужие губы впиваются в мои. Я забрыкалась, попыталась скинуть с себя незнакомца, но его руки крепко ухватили меня, сжали ладони, зафиксировали в захвате. Его ладонь крепко ухватила меня за лицо и не давала отвернуться, не давала прервать мои первый поцелуй. Как люди восхваляют это действие в песнях? Почему? В поцелуе нет ничего приятного! Хочется прикусить чужой язык во рту, хочется со всей силы ударить и покалечить незнакомца. Но владелец железного голоса не давал мне пошевелиться. Чужое дыхание щекотало щеку, а его волосы касались моего лба. Схватить бы их пальцами и резко потянуть - вот это бы ему не понравилось!

Я терпела, пока он не отстранился и не прошептал в лицо:

- Не нравиться?

- Вы омерзительны! - плююсь словами и не задумываюсь о последствиях.

Смешок.

Он чуть сместился на мне но не отпустил.

- А если так? - шепчет в губы и вновь касается лица.

Он носом ведет по щеке, шумно вдыхает и выдыхает, его горячее дыхание обжигает намного сильнее огня. Вот он целует уголок губ - я дернулась и поджала губы. Вновь смешок и касание его губ моих. В этот раз он не лезет в рот языком - нет. Он почти невесомо касается губ, покрывает уголки губ легкими поцелуями.

Он омерзителен, омерзителен!

Но чем - то его действия завораживают. В этот раз поцелуи приятны...

Я непроизвольно расслабляюсь и он мгновенно воспользовался этим. Вновь поцелуй с языком, но теперь все ощущается иначе. Как? Не знаю... Но голова пошла кругом, дыхание участилось, его прикосновения волнуют, его движения разжигают меня...и...Хочется большего. В животе образовался тугой узел, пульсирующий, требующий внимания, требующий еще поцелуев, еще больше его губ...

Он резко отстранился и встал с меня.

Я словно рыба на берегу - лежала на холодном каменном полу и глотала воздух. Что со мной не так? Почему мы перестали? Мое тело хотело продолжить этот поцелуй. Из горла вырвался протестующий стон.

- Легко доступна, как и ожидалась от духа. Водная тварь, я приласкал лишь слегка, а ты уже готова отдаться на этом полу, - чеканит голос.

Даже если меня поставят под ледяной водопад - я и то буду потрясена не так сильно, как сейчас.

Я его ненавижу, ненавижу, ненавижу. Ненавижу!

Мои разум протрезвел, мысли упорядочились и совершенно спокойно я произнесла в пустоту:

- Я вас убью.

Он молчал, не отвечал. Шло время и я поняла - он ушел. Вопрос - когда? Услышал ли он мои последние слова?

Я вновь уселась в позу лотоса и прислонилась к стене - мне нужно спокойствие и регенерация. Ожоги на теле быстро заживут, а мне нужны силы.


***


Перейти на страницу:

Все книги серии Водный мир (Алина Ки)

Похожие книги

Авиатор
Авиатор

Евгений Водолазкин – прозаик, филолог. Автор бестселлера "Лавр" и изящного historical fiction "Соловьев и Ларионов". В России его называют "русским Умберто Эко", в Америке – после выхода "Лавра" на английском – "русским Маркесом". Ему же достаточно быть самим собой. Произведения Водолазкина переведены на многие иностранные языки.Герой нового романа "Авиатор" – человек в состоянии tabula rasa: очнувшись однажды на больничной койке, он понимает, что не знает про себя ровным счетом ничего – ни своего имени, ни кто он такой, ни где находится. В надежде восстановить историю своей жизни, он начинает записывать посетившие его воспоминания, отрывочные и хаотичные: Петербург начала ХХ века, дачное детство в Сиверской и Алуште, гимназия и первая любовь, революция 1917-го, влюбленность в авиацию, Соловки… Но откуда он так точно помнит детали быта, фразы, запахи, звуки того времени, если на календаре – 1999 год?..

Евгений Германович Водолазкин

Современная русская и зарубежная проза
Божий дар
Божий дар

Впервые в творческом дуэте объединились самая знаковая писательница современности Татьяна Устинова и самый известный адвокат Павел Астахов. Роман, вышедший из-под их пера, поражает достоверностью деталей и пронзительностью образа главной героини — судьи Лены Кузнецовой. Каждая книга будет посвящена остросоциальной теме. Первый роман цикла «Я — судья» — о самом животрепещущем и наболевшем: о незащищенности и хрупкости жизни и судьбы ребенка. Судья Кузнецова ведет параллельно два дела: первое — о правах на ребенка, выношенного суррогатной матерью, второе — о лишении родительских прав. В обоих случаях решения, которые предстоит принять, дадутся ей очень нелегко…

Александр Иванович Вовк , Николай Петрович Кокухин , Татьяна Витальевна Устинова , Татьяна Устинова , Павел Астахов

Детективы / Современная русская и зарубежная проза / Прочие Детективы / Современная проза / Религия
Планы на лето
Планы на лето

Летняя новинка от Аси Лавринович! Конец учебного года для Кати Канаевой выдался непростым. Лучшая подруга что-то скрывает, родители ее попросту избегают, да еще тройка по физике грозит испортить каникулы. Приходится усердно учиться, чтобы исправить оценки и, возможно, поехать на лето в другую страну. Совершенно неожиданно Катя записывается на прослушивание в школьный хор, чтобы быть ближе к солисту Давиду Перову. Он – звезда школы и покоритель сердец. В его божественный голос влюблены все старшеклассницы, и Катя не исключение. Она мечтает спеть с ним дуэтом. Но как это сделать, если она никогда не выступала на сцене? «Уютная история о первой любви, дружбе, самопознании и важности мелочей в нашей жизни». – Книжный блогер Алина Book Star, alinabookstar Ася Лавринович – один из самых популярных авторов российского янг эдалта в жанре современной сентиментальной прозы. Суммарный тираж ее проданных книг составляет более 700 000 экземпляров. Победитель премии «Выбор читателей 20».

Ася Лавринович

Современные любовные романы / Современная русская и зарубежная проза / Романы