Читаем Песок полностью

ЧАСТЬ 1

ГЛАВА 1

Я родился в бесконечных песках, в местечке под названием Кривой Бахария. Моя семья принадлежала к племени, именуемом себя Чурачи. В год моего рождения, стояло жаркое лето, скот умирал, а источники воды пересыхали, и посему шансов выжить у меня было, откровенно, мало. Но я смог и это было первой победой на моем долгом жизненном пути.

Отец и мать не уделяли мне времени, их день был вечно полон забот и работ, поэтому меня растила бабка - Тутмаса или просто Маса-ба, мать моего отца - Яхмеса. Взрослые целый день были заняты делами, кто возился со скотом, кто готовил, кто разделывал шкуры - родителям вечно было не до отпрысков. Маса-ба была старой и не могла выполнять никаких серьезных поручений, поэтому племя взвалило на нее заботу о детях.

Ее день обычно начинался так: она укутывала меня в тряпки и клала в корзину, ту привязывала к своей горбатой спине и ходила по шатрам, забирая маленьких детей и уводя в широкие поля до обеда. Днем она отводила детей к шатрам на обед, после этого возвращалась в наш шатер, ела лепешку или сыр, пила кислое молоко или воду и вновь отправлялась за детьми.

Только в обед я получал от матери молоко, все остальное время, когда я кричал голодным криком, а Маса-ба сворачивала в кусок ткани крохи хлеба и совала мне их в рот пососать. Вечером, когда солнце начинало заходить за пески и тени удлинялись, Маса-ба разводила детей по домам.

Именно таким было мое первое воспоминание - я прячусь за серую ткань юбки моей бабки и мы идем вдоль шалашей. Наши шаги слишком маленькие, но Маса-ба идет не спеша, она кряхтит и шаркает ногами о песок, а дети, едва завидев родителей, бегом мчаться от нас к своим родным. Я и Маса-ба продолжаем идти, пока не останемся совсем одни.

Я был не единственным ребенком, отнюдь - у меня были братья и сестры. Когда я родился, старшей сестре было двенадцать, второй сестре десять, а двум братьям по три и четыре года. А когда уже мне исполнился год, мать подарила отцу еще одного сына, и уже мой брат занял место на горбу Маса-ба, а я теперь бегал вокруг и удивлялся, насколько пронзительно кричат младенцы. Мой брат также родился жарким летом, но до прохладной осени он не дожил. Я даже не горевал о его смерти, тогда я плохо вообще представлял, что такое смерть, но что самое низкое - мне стало легче. Никто не кричал целыми днями, не надрывал свое горло пронзительными криками и мои уши теперь не болели от плача младенца. Сейчас мне стыдно. Дети...

Я познавал мир, учился отличать добро и зло через сказки моей бабушки. После ужина, Маса-ба собирала моих братьев и сестер вокруг себя, и через ее уста рождался целый мир.

- Давно ли, да мало ли лет прошло, а может много, но по степи шли повозки да кибитки, а рядом мужчины гнали стада коров, да скакали они на конях молодых. Небо было синим, солнце было ярким, трава была зеленая и сочная, а ветра дули с юга, неся тепло и ветер. И скакал среди этих мужей молодой воин Нахама. Был он сиротой, не было у него ни отца ни матери, но все племя считало его братом единокровным ибо пользу он нес непомерную. Глаза его извергали молнии на врагов, руки могли пускать за раз сотню стрел, конь его мог нести десяток всадников, а сам Нахама был юношей сильным, что ни один муж не мог сокрушить его.

Но однажды кочевало его племя и нарвалось на стаю шакалов, да такую большую, что на каждую корову в их племени приходилось по два волка, а на каждого коня по три. Люди чуяли мертвый ветер, а шакалы чуяли ветер крови. Но Нахама не испугался, вышел он вперед своего племени, да натянул тетиву тугую. Раз он выстрелил - полегло половина стаи, два он выстрелил, полегла еще половина, выстрелил он в третий раз и полегли оставшиеся шакалы, да кроме одного. Этот шакал подкрался к Нахама и бросился атаковать его. Не успел Нахама прикрыться или защитится, как вырвал шакал его сердце и унесся по долине прочь. Но Нахама не умер, долго дней он боролся с болезнью, но смог встать на ноги и внутри у него зияла пустота. Люди спрашивали, что теперь будет делать юноша, тот ответил что покинет племя в скором времени, тогда те заплакали и стали молить его остаться. 'Как же мы без тебя справимся, Нахама?' - плакали они. Непреклонен был Нахама, оседлал он верного коня и бросил племя свое - отправился искать сердце.

Много лет он скитался по степи, много раз ветра дули ему в лицо, много раз он сражался с демонами песков, много раз он был на едином волоске от смерти, но спасался. И росла внутри него дыра и наполнялась болью, задували ветра в его грудь и остужали его горячую кровь. Пока однажды, почти что мертвые не прибыл он в одно племя.