Читаем Твой подарок полностью

- Сладкая, - чужие губы ласкпют шею и шепот, что так хорошо мне знаком...

Я застонала и попыталась отбрыкнуться.

Его руки крепко прижали меня к ветке толстого дуба.

- На дереве будет не мене интересно... Хочешь я буду снизу? - шепчет мой кошмар.

Силюсь открыть глаза, ударить... Но вместо этого руки обвивают шею ночного гостя...

***

Стоит лишь уснуть...

- Ждала?

- Да, - бормочу сквозь сон.

- Скучала?

- Нет.

- Сойдёт...

***

- Завтра ты войдешь в город.

Я сидела и смотрела в темноту. Пускай не видно ничего, но сидеть с закрытыми глазами не хотелось. Постоялый двор, где остановилась на ночь встретил грубостью и стальными шуточками владельца. Сейчас же сон на кровати сменился кошмаром. Не могу понять - схожу я с ума или все происходящее по ночам реально, происходит на самом деле.

- Нам надо поговорить, - обратилась к темноте.

Кажется, это был первый раз, когда я взяла инициативу в свои руки. Но сидеть и ждать очередного животного соития с этим хищником...

- Слушаю, - меня подтолкнули к беседе.

- Если вы сон, то должны знать все то, что знаю я... Не так ли?

- Возможно, - тихая усмешка.

Я продолжаю разгляжывать темноту и не вижу собеседника. Это нервирует.

- Тогда, - набиралась храбрости и потребовала, - Продолжите фразу: " Смерть это..." - предложила ему фразу папы-Рару.

Молчание.

- Вода это... - предложила продолжить фразу папы-Нурина.

- Земля небу...

Тишина.

Про воздух даже не спросила.

Шумно выдохнула.

- Вы - не сон.

- Это что то меняет? - ирония.

- Вы меня нашли? - на глаза выступили слёзы.

- Если бы я тебя нашёл, то взял бы в плен.

- Тогда это сон?

- Решай сама.

- Я запуталась, - уронила голову на ладони.

Собраться. Нужно собраться. Его ладонь скользит по спине, по позвоночнику. Я не дергаюсь, но и позволить ему это касание не могу - плавно отстраняюсь и пересаживаюсь подальше.

- Так зачем я вам?

- Угадай.

- Я ценная?

- Очень, - за этим словом скрывалось многое. Слишком многое.

- Я ценная пока живая, значит не умру, пока живы все четыре мои отца... Значит... Значит я должна просто двигаться вперёд, в город, должна спрятаться среди людей. Но почему среди людей? - размышляла вслух. - На дне, в пешерах, в мире полно мест куда не ступала нога человека.

- Твою силу легко разглядеть в чистом поле, но тяжелее в толпе людей.

Ясно. Хоть одна подсказка от этого...

- Мы всегда будем заниматься по ночам... Этим?

- Этим? - он передразнил.

- Как это называется? Соитие?

- В нашем случае просто секс.

Последнее слово отдавало грубостью, пошлостью.

- Другого названия нет?

- Между нам нет любви, - он ответил жёстко, словно я провинилась в чем то.

- Я вас и не люблю, я пап люблю, Шартэна и булочки...

- А меня, что испытывпешь ко мне?

Ненависть. Но повторять в лишний раз очевидное - не буду.

- Как вас зовут? - звать незнакомца ведь как-то надо.

Тихий смех перерос в хохот. Стало обидно.

- Не важно, забудьте! надеюсь все скоро закончиться...

- И что тогда? - смех оборвался и сменился плотоядным, хищным интересом.

- Тогда... Не знаю, но чётное слово, я никогда в жизни более не ступлю в города, никогда не буду навещать Шартэна, никогда не буду носить платья и спать в кровати.

- Предпоследнее особенно нравится.

Откинцла голову к потолку и пробормотала:

- А ещё я вас убью.

- Не стоит сообщать жертве о своих намерениях.

Его руки прывычным, уже знакомым жестом ухватились за ворот платья, пробежались по пуговкам, обнажая грудь, живот... Платье упало на бедра - я сидела, стянуть его ниже не получиться, пока не встану.

- Я определено схожу с ума.

- Тебе нравиться? - дыхание в макушку, ладони охватывают лицо.

- Это что то поменяет? - возвращаются ему его же фразу.

- А Шартэн говорит ты ребёнок... - губы скользят по виску.

- Детей не насилуют.

- Ммм... Какие слова знаешь...

Его рот накрывает мой... Поцелуй распаляет...

Обновление от 23.08.2017

Азраин

Побудить в ней страсть, затмить страх. Держа Асуну в своих объятиях я слышал, чувствовал трепетание маленького сердечка. Ей пол века, а искусством любви она не владеет совсем: дрожит, прикрывает ладонями нагую грудь, укорачивается от поцелуев. Эта невинность лишь сильнее оаспаляет страсть. Я с удовольствие заламываю её руки, подчиняются, сминаю её волю.

но игры мне надоедают. Целыми днями напролет я думаю лишь об дном - скорее бы ночь, а ночью никак не могу насытиться. Проблема, моя заноза в мозгу, моя Асуна...

Определённо мне нравится видеть, как розовеют её щеки, как трепещут ресницы, когда мои руки ласкают кожу. Мне бесспорно надо слышать её дыхание, стон и бесконечный шепот: "Не надо, прошу, ненавижу, ещё...".

И безусловно мне нравиться овладевать ею. Обвил одной рукой талию и слегка приподнял на постели, второй рукой стащил платье и бросил бессмысленную тряпку на пол.

Ещё одно движение - толчок и девушка ложиться на кровать.

- Руки вверх! - приказал, едва она попыталась прикрыть ими грудь.

Веки опускаются, губы обиженно надуваются, она послушно исполняет приказ.

В наших холодных, мимолетных связях я ищу всего лишь удовольствие. И сейчас, нависая над ней я намеревался это удовольствие получить.