Читаем Тверской Баскак. Том Второй полностью

«В прежней жизни бухгалтерия наводила на меня тоску, так на тебе, и здесь достала!»

Поднимаю раздраженный взгляд на застывшего в ожидании купца и тыкаю пальцем в засаленные и запачканные бумажные края.

— Это что! Аккуратнее не можете?! — Начав, завожусь еще сильнее. — Хотя бы не жрите, когда пишите!

Путята здоровенный мужик, но тут сжимается от моего крика как пацан, а все потому что он сам над этими бумажками корпел не один день и теперь готов стерпеть что угодно, лишь бы закрыть этот чертов отчет и забыть о нем.

Отчитавшийся и уже получивший свое Алтын блаженно жмурится и вносит свои пять копеек.

— Вот чего ты, консул, сам с этим возишься, душу себе рвешь? Давай я тебе человечка пришлю. Толковый мужичок, в цифирьках яко рыба в воде.

Перевожу взгляд на непрошенного советчика и тот сразу затыкается.

— Ишь добряк какой! — Вставляю и Алтыну, чтоб не лез когда не просят. — Человечка он мне пришлет! Чтобы я потом без штанов остался! И не надейтесь! Сам все проверю и за каждую копеечку спрошу так, что мало не покажется! Будьте уверены!

Спустив пар, враз успокаиваюсь и, подумав что на сегодня, пожалуй, хватит, машу на купцов рукой.

— Ладно уж, идите! Как закончу, кликну, если понадобитесь.

Дважды говорить не пришлось. Мужики, лишь услышав «идите», тут же вскочили и бросились к двери, а я, глядя в их широкие спины, подумал.

«Как деньгу лопатой грести, так они в первых рядах, а как отчитываться, так нету их!»

Алтын и Путята, можно сказать, главные дистрибьюторы моих товаров. Они реализовывали их на прошедшей ярмарке и мечтают делать это и в будущем. К тому же они еще пайщики моего товарищества, так что спрашивать с них мне сам бог велел.

Нет, ничего плохого про них сказать не могу, мужики справные и порядочные. Одного из них я вон даже из тюряги вытащил, а доверять безоглядно им все равно нельзя.

Поднимаясь из-за стола и разминая шею, вспоминаю со смехом.

«Прав был Острата, натура у купчины такая! Дашь ему палец, так он по локоть руку откусит!»

Едва подумал, как дверь с грохотом распахнулась, и в комнату влетел запыхавшийся Куранбаса.

— Монголы! — Выпучив глаза, он жадно заглотил воздух. — Монголы едут!

Где-то внутри все сжало ледяной хваткой, но не изменившись в лице, я повернулся к половцу.

— И чего так орать?! — Спокойно, но жестко встречаю его встревоженный взгляд. — Врываешься без стука! Я тебе сколько раз говорил, прежде чем войти, надо постучать. Вот так!

Подхожу к двери и наношу костяшками пальцев три отчетливых удара. Тук, тук, тук!

— Понятно?! — Вновь награждаю Куранбасу суровым взглядом, но говорю все также спокойно и без крика. — А теперь давай рассказывай! Какие-такие монголы?! Откуда, где?!

Мое железобетонное хладнокровие подействовало на половца, и тот, склонившись, пробурчал.

— Прости, хозяин!

После этого, подняв голову уже успокоившимся человеком, он начал живо рассказывать.

— Дозорные примчались, говорят, со стороны Москвы идет отряд монголов. Всадников с полсотни, еще верблюдов и заводных коней не меньше. Едут открыто, не таясь, главным у них коротконогий крепыш со злыми глазами и в дорогущей шубе. — Куранбаса с глубокомысленным видом покопался в памяти и добавил. — Еще пластина у него на груди! — Он соединил средние и большие пальцы обеих рук. — Вот такая! Из золота!

«Ханская пайзца! — Реагирую я про себя. — Значит, едет уже чертово отродье!»

Куранбаса едва только начал рассказывать, а я уже догадался, кто это к нам пожаловал. Слухи о том, что новый присланный из самого Каракорума баскак уже во Владимире, до меня доходили, но я был уверен, что раньше конца весны-начала лета он ко мне не соберется. Пока прошерстит как следует Владимирскую землю, Ростов и Суздаль. Там уже глядишь и распутица. Вот и выходило, что самое раннее к концу мая. А тут нате вам!

«Как там Турслан Хаши в своем письме его называл?! — Напрягаю извилины и в памяти всплывет монгольский чин и имя. — Бек битигчи Ярмага».

То, что это именно он едет, у меня сомнений нет. Какой еще татарин попрется зимой с таким маленьким отрядом по недавно завоеванной земле. Только человек облеченный неограниченной ханской властью.

«Эти шизанутые на всю голову монголы считают, что одного только имени Великого хана достаточно, чтобы все народы в страхе склонялись перед ними ниц!» — Выругавшись, поднимаю взгляд на Куранбасу.

— Ну, и когда они будут в Твери?

Подняв глаза к потолку, тот начал рассуждать вслух, по привычке растягивая слова.

— Один день прошел, пока наш гонец добрался. Едут опят же неспешно, но и подолгу не стоят. — Он перевел на меня взгляд. — Думаю, завтра к полудню будут.

В сердцах обматерив всех монголов вместе взятых, я махнул рукой половцу, мол иди уже, я думать буду.

Куранбаса выскользнул за дверь, а я вновь опустился в кресло. Подумать было о чем.