Читаем Ту зе мун энд бэк полностью

На следующий день Леон снова прогуливался по лунным дорожкам, направляясь к морю. Он полюбил это уникальное место, созданное природой и усовершенствованное человеком. Морская вода была небесно-голубого цвета, а его золотое дно создавало завораживающее свечение на поверхности. Леон смотрел под ноги. Все дорожки на обратной стороне Луны были вымощены святящимися указателями. Они светились, указывая направления улиц и достопримечательностей. Хотя обратная сторона Луны представляла собой одну большую достопримечательность. Подул ветер, подняв лунную пыль. Леон вдохнул воздух полной грудью. Он почувствовал удары по голове и плечам. Пошел алмазный дождь, лунная поверхность заполнялась драгоценностями кристальной чистоты. Они были крупные, разнообразной, но аккуратной формы. По-истине магическое явление – блестящие камни разных оттенков падают вниз. Все вокруг Леона наполнялось материальным. Он становился богаче с каждой падающей дождинкой, но это не вызывало у него радости, прилива эндорфинов, адреналина. Леон смотрел на это уникальное космическое явление и думал, что все падающие с небес на Луну материальные блага не могут сравниться с самой главной ценностью в его жизни – Соней, их мечтами и планами, их днем знакомства, когда с неба падали обычные капли питерского дождя.

Лечение Леона подошло к концу, но медицинское заключение было неоднозначным. Заведующий клиникой внимательно изучал медицинскую карту и заключение, представленные лечащим врачом: «По показателям он здоров. Лунная болезнь не в стадии активности. Луналин в норме. Магнетизм допустимого уровня. Гормональный фон в норме. Он полностью адаптирован к земной жизни, в том числе на этапах лунных затмений. Параллельно с данными показателями у него наблюдается необъяснимая тревожность, отражающаяся на гормональном фоне. Причина не установлена. Есть предположение оказанного влияния планетой Любовь.»

Соня сидела на балконе и смотрела в ночное небо. Оно было озарено ярким светом полной Луны. Из прихожей послышался звонок, оставленного в рюкзаке телефона. На экране непонятный номер.

– Алло.

– Как дела? Что делаешь?

От услышанного в трубке родного голоса Соне сразу стало тепло. – Я смотрю на Луну. А ты чем занят?

– А я смотрю на тебя.

Соня улыбнулась.

– Я смотрю на Землю, как когда-то на Луну, – продолжил Леон. – И пытаюсь разглядеть на ней тебя. Я хочу в Россию. Я хочу вернуться к нам домой.

Все авиакомпании официально перестали выполнять международные и междугородние рейсы. Здания аэропортов опустели. Все он-лайн кассы были закрыты. Из-за пандемии все рейсы космолетов на Луну и обратно тоже были отменены. Соня позвонила Егору – школьному другу Леона.

– Как поживаешь? По голосу слышу, что грустная. Что случилось? – спросил Егор.

– Я с Леоном не могу связаться, телефон не отвечает. В клинике сказали, что он еще не вернулся с обратной стороны Луны. Я волнуюсь.

– Соня, не нагнитай. Ты же сама говорила, что Луна самое безопасное место, которое ты видела. Просто стечение обстоятельств.

– Все рейсы отменены. Как он вернётся? Мне нужно лететь на Луну.

Егор нашел космонавта-пенсионера, отошедшего от дел и занимающегося частными перевозками. Он еще продолжал перевозить людей на Луну и обратно. Ничего противозаконного, просто ему было необходимо продолжать встречаться со звездами и планетами. Бывших космонавтов не бывает.

– Сергей Юрьевич Калтов4 – представился космонавт.

– Ух ты, какой корабль у Вас. Космолет был яркий, разрисованный граффити.

– Да, младший внук развлекается. Покрыл корпус специальным средством, устойчивым к сверхвысоким и низким температурам. А другой внук у меня космический механик. Он новый супер мощный и экологичный двигатель изобрел – турбированный, стопроцентное эко. Могу вот со своей усадьбы взлетать. Так, что у меня своя взлетно-посадочная полоса. Все законно, запатентовано без каких-либо претензий. Егор, рассказал вашу историю. Есть один запасной космодром на Луне. Высаживаться будем там. Заберем твоего лунатика и обратно. Ну что, вылет завтра вечером, ровно в восемнадцать, – подытожил Сергей Юрьевич.

Соня поехала собираться. В этот раз сборы заняли десять минут. Только документы, зарядка на телефон на всякий случай и косметичка, которые впрочем и так всегда были у нее в рюкзаке. Она сидела на диване и гипнотизировала циферблат часов. Время тянулась мучительно медленно. Соня взяла мольберт и вышла на балкон. Творчество – лучший ускоритель времени. Оно пронеслось с немыслимой скоростью. Забрезжил рассвет. Соня легла в кровать и проспала до обеда. Приняв душ, она слегка нанесла макияж и надела заранее приготовленные джинсы и толстовку. Зацепив термокружку с самодельным латте и рюкзак она, замедляя себя, направилась к метро. Времени, чтобы добраться было предостаточно, но она невольно торопилась. Будто они смогут раньше вылететь. В половину шестого вечера она стояла перед воротами дома Сергея Юрьевича.