Читаем Цветы строчек полностью

Слезы – они такие вешние листы,Страницы – странные зарницы,Пустые ночи, трудные дни.Когда-нибудь не будет снитьсяПирог родного очага, ну а покаВсе те же лица, что не узнать.Принять любовь какую малоВ жизни все посчитать иВыбрать бедный хлам тоски.Вы путник и наверное желаньеБыть дома мне уж не к чему,Но хочется узнать где счастье.Соль смазана дождями у стены.Мы есть такое страстное гаданьеНа да и да, на нет и нет.

5.257/07 2015

«Уходит ночь бессонная…»

Уходит ночь бессонная,Ничья подруга у дорогиЗаколка волосы беретВ охапку тонкостью ломая.Чем больше видишь, темБыстрей живешь у дверкиРая разбросаны краяВ домах, где нет чердака,А только дождь оставитПамять на лице измен.В нас было много слов,Что тяга бередя плеснулаСолнцем времени забыться.Лукавый не сберег характера,Я жду когда спроситьО будущем велении сердца.Бери себе укромный уголокВзросления судьбы у креста.Мой ласковый, тебе понятьКак трудно глупость днемИзмерить раннюю раздраньХмельного лика СпасаНа благословенном месте,Лето запомнилось тебе мною.

12.55 07/07 2015

«Мы много раз влюбляемся…»

Мы много раз влюбляемсяВ неторопливой жизни, ноПамять бережет сокровищеТого, кто откровенным был.Заластится, заголосит проклятье,Потеря лучшего мужчины, опасна покаЧто хватит в жилах сил: останови.Забыть. Зачем так чуткоПеременные бросались взглядом,Он себя мне подарил иНежность такта, ум, силойСпроси любви печальной, угостил.Власть тешит душу, не то, чтоПрежде, есть перемены рокаМожет выше достоинстваРазлука от нужного до важногоДорога долгая, как до могил.

13.22 7/07 2015

Детский писатель

Л. Пантелеев детским писателемУродился в жизни интересной:С пяти лет сочиняет, но в десятьПотерял родителей ЕремеевыхКазачий атаман – отец, дочь купца —Мать, появился на свет в 1908 гВ Петербурге, а после революцииСкитался как потерянная шпана,В 1921 в школе имени ДостоевскогоПриобщился к литературе, культураДля Алексея Ивановича своеобразна.Чувство горечи от недосказанностиВ совести патриота, честности.«Республика Шкид», «Честное слово»,«Пакет» – гортанный голос трагедии,Ведь правда не вся в памятиПодвига отца, христианства писателя.Поздно родил дочь, которая стала«Машей нашей, книга для родителей».Боль в болезни, но род продолженВ архивных папках и дневникахЗаслуга самочувствия времени:Радость в жажде любить, хранитьГордость отчизны за достойных людей.

9.55 9/07 2015

У дерева

«У дороги дерево росло, стояло…»

Перейти на страницу:

Похожие книги

Стихотворения и поэмы
Стихотворения и поэмы

В настоящий том, представляющий собой первое научно подготовленное издание произведений поэта, вошли его лучшие стихотворения и поэмы, драма в стихах "Рембрант", а также многочисленные переводы с языков народов СССР и зарубежной поэзии.Род. на Богодуховском руднике, Донбасс. Ум. в Тарасовке Московской обл. Отец был железнодорожным бухгалтером, мать — секретаршей в коммерческой школе. Кедрин учился в Днепропетровском институте связи (1922–1924). Переехав в Москву, работал в заводской многотиражке и литконсультантом при издательстве "Молодая гвардия". Несмотря на то что сам Горький плакал при чтении кедринского стихотворения "Кукла", первая книга "Свидетели" вышла только в 1940-м. Кедрин был тайным диссидентом в сталинское время. Знание русской истории не позволило ему идеализировать годы "великого перелома". Строки в "Алене Старице" — "Все звери спят. Все люди спят. Одни дьяки людей казнят" — были написаны не когда-нибудь, а в годы террора. В 1938 году Кедрин написал самое свое знаменитое стихотворение "Зодчие", под влиянием которого Андрей Тарковский создал фильм "Андрей Рублев". "Страшная царская милость" — выколотые по приказу Ивана Грозного глаза творцов Василия Блаженною — перекликалась со сталинской милостью — безжалостной расправой со строителями социалистической утопии. Не случайно Кедрин создал портрет вождя гуннов — Аттилы, жертвы своей собственной жестокости и одиночества. (Эта поэма была напечатана только после смерти Сталина.) Поэт с болью писал о трагедии русских гениев, не признанных в собственном Отечестве: "И строил Конь. Кто виллы в Луке покрыл узорами резьбы, в Урбино чьи большие руки собора вывели столбы?" Кедрин прославлял мужество художника быть безжалостным судьей не только своего времени, но и себя самого. "Как плохо нарисован этот бог!" — вот что восклицает кедринский Рембрандт в одноименной драме. Во время войны поэт был военным корреспондентом. Но знание истории помогло ему понять, что победа тоже своего рода храм, чьим строителям могут выколоть глаза. Неизвестными убийцами Кедрин был выброшен из тамбура электрички возле Тарасовки. Но можно предположить, что это не было просто случаем. "Дьяки" вполне могли подослать своих подручных.

Дмитрий Борисович Кедрин

Поэзия / Проза / Современная проза