Читаем Цвет прошлого полностью

Что же за паук сплел такую паутину? И каких же тогда он должен быть размеров? Нет, это невозможно. Мне никогда не встречалось описание подобного творения, ни в одной из книг, ни на одном из уроков. Отчасти оно напоминало охранную паутинку, которая обездвиживает попавшегося нарушителя. Пару раз я сталкивался с ними в особняках, наверное, потому и заметил отдаленное сходство.

Словно десятки тончайших иголочек, вонзились в меня чужие приказы. Замри, подчинись, замри… Вкрадчивый и тихий, но при этом острый и режущий шепот вторгся в тишину. Встряхнувшись, я поспешно отступил, потянул за собой и замершую Фиори. Вроде бы паутинка не могла перемещаться, но на что способно это изменившееся до неузнаваемости творение, не сумел бы предсказать даже Магистр. А если вспомнить, во что, по слухам, в Приграничье превращаются даже самые безобидные творения, то не стоило испытывать судьбу, оставаясь поблизости.

Фиори пришла в себя, только когда золотое сияние скрылось за ветвями деревьев. Сделав большой крюк, мы обогнули опасную поляну. Хотя вокруг быстро темнело, я не рискнул прибавить шаг. И не зря, потому что вскоре сквозь ветки показалось знакомое свечение. Поразительно, но творение было видно лишь почти вплотную, с небольшого расстояния. Стоило попятиться, как оно тут же пропадало. Из–за этого пришлось двигаться еще медленнее, чтобы нечаянно не влететь в золотую бахрому, и обходить все подозрительные места.

Тем временем солнце уже наполовину скрылось за горизонтом, так что пришла пора подумать о ночлеге. Рыскать по лесной чаще среди непонятных творений, вздрагивая от любого шороха и блеска Подлинных цветов, мог только сумасшедший. А я, хоть и забрел в Приграничье, себя таковым не считал. Правда, останавливаться рядом с золотыми паутинами мне тоже не хотелось. Неизвестно на что они способны, поэтому лучше отойти от них подальше. Но и посреди чистого поля не заночуешь.

Наконец, выбрав место на пригорке, огражденное упавшими деревьями, я дал знак Фиори спускаться и осмотрелся вокруг. Бурелом надежно защищал нас с двух сторон, с третьей крутой — склон. Расседлав коня, первым делом я принялся за создание сторожевого творения. На этот пришлось его растянуть не только вокруг площадки, но и над ней. Если к нам пожалует гость, незамеченным ему не пробраться. После тяжелого дня работа с цветами отняла у меня последние силы, ведь каждую нить нужно было тщательно настроить, каждый узел крепко–накрепко затянуть.

Опустившись с довольным вздохом на траву, я бросил взгляд на девочку и заскрипел зубами от досады. Даже с головой закутавшись в плащ, Фиори все равно дрожала от холода, зябко пряча ладошки в рукавах. С заходом солнца стало еще холоднее, так что без огня нам не обойтись. А разжечь костер означает привлечь к месту нашего ночлега всех окрестных созданий и творений, какие здесь только есть. Я прямо–таки чувствовал, как они оживятся, кто, ощутив тепло и свет огня, кто, учуяв запах дыма, а кто, заметив всполохи красного, поднимающиеся над кострищем. Но выбора не было!

Отходить в глубину ночного леса, в поисках сушняка, в мои планы не входило. Там скорее найдут меня. Пришлось вновь обратиться к Подлинным цветам, благо вокруг их хватало. К хорошему куску соломенного добавилась небольшая крошечка красного. Жар огня с одного касания впился в податливую охапку, разбрасывая яркие искры. В качестве дров сошли и обломанные с деревьев ветки. Сырые, они давали густой беловатый дым, который днем был бы хорошо виден издалека.

Да, ночью дым незаметен, зато яркий огонь Зоркий различит сразу же. И редеющие кроны нас не защитят. Значит, придется смириться с тем, что к завтрашнему утру охотники будут точно знать, где мы находимся. Несколько Мастеров могут, меняясь, спокойно держать достаточно большой и крепкий купол защиты, а потому двигаются они быстрее, чем мы. Остается надеяться на удачу и на то, что сегодняшней ночью в небе не будет ни одного Зоркого.

При виде пламени девочка оживилась. Не дожидаясь, пока костер разгорится как следует, Фиори торопливо придвинулась к нему. Почувствовав тепло, выбрался из–под плаща и Ловкий, смирно сидевший там все это время. На всякий случай, я еще раз проверил сторожевой купол и лишь тогда позволил себе успокоиться и предаться размышлениям. Что бы нас ни ожидало завтра, сейчас мы были в безопасности. Относительной, разумеется.