Читаем Цхинвали в огне полностью

В основе же этого общего мифа лежит незнание простейших фактов истории – того, например, что и абхазы, и осетины вошли в Российскую Империю совершенно самостоятельно, а вовсе не как часть дряхлеющего и распадающегося Грузинского царства. Осетины сделали это на 27 лет раньше Грузии – в 1774 году, причем как единый народ, разделенный лишь Кавказским хребтом, а не государственными границами.

К моменту включения в состав Российской империи население современной Грузии отличалось чрезвычайной дробностью. Под общим названием «грузины» объединено более 20 субэтносов, причём проживающие в Западной Грузии сваны и мегрелы настолько отличаются в языковом и культурном плане от остального грузинского населения, что правильнее было бы рассматривать их как отдельные народы (подобно чехам или сербам по отношению к русским). Их языки не являются взаимопонятными ни между собой, ни с современным грузинским языком. Наряду с объявлением меньшинств «гостями на исконных грузинских землях», грузинская общественно-политическая мысль изначально включила мегрелов и сванов в состав единой грузинской нации и отказалась признавать за ними право на собственное национальное существование.

Невысокий уровень консолидации грузинской нации объясняется тем обстоятельством, что как справедливо констатирует грузинский историк и политический деятель постсоветской Грузии Г. Мамулия, – "…она (грузинская нация) начала зарождаться совсем недавно: лишь в XVIII в., после того, как «находившаяся в течение нескольких столетий (с ХIII в.) в тупике социального развития Грузия была включена в пределы Российской империи».

Нынешние тбилисские правители этот факт не признают и пытаются представить российский период грузинской истории в качестве тяжелейшего испытания для грузинского народа, которое было подобно татаро-монгольскому игу. Подобные заявления свидетельствуют не столько о полной дремучести в собственной истории, сколько об их воинствующей русофобии, которая настолько нелепа и иррациональна, что объяснение ей нужно искать не историкам и политологам, а практикующим психиатрам. Так, в период правления Сталина степень грузинизации Грузинской ССР значительно усилилась за счет выселены за пределы Грузии некоторых населявших её народов (греков, курдов, турок-месхетинцев). Другие, даже не родственные картвелам – были объявлены "грузинскими племенами" и должны были быть насильно грузинизированы.

Конституция 1995 г. провозгласила Грузию федеративным государством, но это осталось чисто пропагандистским шагом: условием начала рассмотрения всех связанных с федерацией вопросов было объявлено "восстановление территориальной целостности Грузии". Последовательная федерализация Грузии вряд ли возможна без предоставления собственной государственности не только абхазам и осетинам, но и мегрелам и сванам. А эта идея, похоже, совершенно неприемлема не только для политической элиты, но и для большинства современных грузин. Историю невозможно вычеркнуть или отменить, но в современной Грузии немногие задаются вопросом – так ли плохо жилось им в едином государстве?

Два века мы с грузинами жили под крышей одного государства, называлось ли оно Российская империя или Советский Союз. Наши культуры переплелись, в чем-то даже смешались, прикоснулись друг к другу, обогатились взаимно от этой близости, не потеряв своего лица.

В России сегодня живет более полутора миллионов грузин, и до недавнего введения визового режима эмиграция не переставала расти.

Третий миф– уверенность российского общества в терпимом, неагрессивном отношении грузин к русским.

"Провокационные обстрелы воинских частей, военных санаториев, городков и объектов, вооруженные налеты, захват заложников – все это тревожная реальность относительно недавнего времени. Во время Юго-Осетинской и Абхазской войн грузинские вертолеты нередко появлялись над местами компактного проживания русскоязычного населения и вели их обстрел.

Однако наивысшим выражением "благодарности" новых грузинских властей за давнее спасение от турецкого геноцида и за полученное ими оружие – можно считать интенсивный обстрел подразделениями Госсовета Грузии российских воинских частей, дислоцированных в селе Нижняя Эшера. Российские военнослужащие вынуждены были открыть ответный огонь из БМП для подавления грузинских огневых точек. Но, как правило, военным было запрещено отвечать на огонь грузинских силовых структур.