Читаем Цхинвали в огне полностью

Мерно постукивающий колёсами вагон уносил подполковника прочь от этой музыки. Прочь от воспоминаний. Но невозможно убежать от звучащей в душе мелодии: Вагнер и Огинский, пот и кровь, пороховой дым и слёзы матерей, жён и сирот. Это они, едкой кислотой, прожгли и навсегда пропитали собой не одну душу в нашем только с виду кажущемся благополучным отечестве.

Пережитые нами войны никогда не кончаются. Они продолжают кровоточить в душах выживших. Они в клочья рвут сердца, напрасно взывая к тем, кто не в состоянии слышать, и глуша тех, кто так и не вышел из этого своего, затянувшегося на всю оставшуюся жизнь, боя.

Да упокоятся с миром Ваши мятущиеся души, невольные солдаты и жертвы не вами развязанных войн. Прошедшие пекло и выжившие в нём знают, что мятущиеся души их погибших товарищей поселяются в сердцах живых и находят покой лишь с кончиной последнего солдата, к сожалению – не последней, а лишь очередной войны… Так было всегда. У каждого поколения – своя война. Но далеко не у каждого эти войны заканчиваются потерей Родины.

"Рухсаг ут!" Царствие Вам небесное, живые и мёртвые. Ибо неизвестно кому легче – тем, кто в земле, или тем, кто носит в себе свинцовые слитки памяти ...

Давайте не дадим этим горьким страницам выпасть из наших общих воспоминаний.

Давайте будем помнить о тех, кто пал, защищая свою землю с оружием в руках, и трижды помнить тех, кто погиб на ней безоружным…

Писать, когда история ещё не остыла – трудно. Но будущее России в огромной мере станет определяться тем, что дальше случится на этих, брошенных и уже забытых, или постепенно забываемых ею землях недавней Империи.

Мы – один народ. И мы едины в своём горе и в своих радостях. Но, вполне возможно, что наши дети или внуки – уже не будут этого чувствовать. Память поколений – субстанция зыбкая. И, что хорошо для примирения недавно воевавших народов – губительно для народов сроднившихся.

Когда по живому режут целое – получается или калека, или труп.

Давайте не будем забывать, что второй исход – более вероятен. Ибо полосующие живую народную плоть ножи убийц – фатально отличаются от спасающего скальпеля врача.

Летом 2005 года Сергей Новиков – молодой парень, журналист, выросший много позже описанных в повести событий, совершил путешествие в Южную Осетию и обратно.

Прочтите его слова.

Поймите, что неравнодушный человек, услышавший чужую боль, прикоснувшийся к чужому горю – уже не сможет пребывать в прежнем безмятежном состоянии. В нём просыпается Колокол Хемингуэя. Ибо не бывает чужой боли – как не бывает чужого горя. Мир стал слишком мал, чтобы по давно изжившей себя привычке – продолжать делить его на "своих" и "чужих".

Сергей Новиков («Осетинские этюды», путевые заметки журналиста):

(адрес заметок: http://www.icrc.ru/preventive/arc.18-10-2004.php#333 ).

Тенгиз Сигуа (бывший премьер-министр Грузии, сказанное относится к начальному периоду грузино-осетинской войны 1989-92 гг.):