Читаем Цель пассажира полностью

— Как это не ходят! Мы же на автобусе едем.

— А-а, ну дык! — воскликнул старичок и трогательно засмеялся. — Клавдия, ихняя диспетчерша, тута неподалёку проживает. Вот они к ней по очереди и катаются, — он подмигнул. — На блины, сечёшь? С клубничкой.

И отвернулся, хихикая себе под нос.

Это был нокдаун. Пассажир покачался некоторое время в шоке, обретая устойчивость. Осознавал, насколько же глупо он влип. Затем — смачно, сладострастно — проклял всё и вся. Он ругался так омерзительно, как не ругался ещё никогда в жизни. Он давно оставил попытки быть интеллигентным. В голову полезли всякие мысли: например, о том, что сегодня вечером по телевизору футбольный матч. Полуфинал Кубка. Ведь две недели он ждал сегодняшний день!

— А вы-то как? — зачем-то спросил он у старичка.

— Я-то? Клавдия, это дочка моя.

Надо будет поймать попутку, вдруг осенило пассажира. Грузовик. Или снять частника. А может, какое-нибудь шальное такси сюда занесёт? Немного полегчало. Главное, проявить максимум настойчивости, нахальства, обаяния, и всё будет в порядке. Ничего, авось успеем на футбол! И жене звякнем, поздравим Иришу, и Боксёру позвоним.

И Анечке! — улыбнулся пассажир.

Он решил проверить на всякий случай, сколько у него денег, чтобы знать свои возможности точно, когда придётся договариваться с водителем. Шарил по карманам мучительно долго, обливаясь потом, чувствуя, как обрываются последние ниточки надежд.

Кошелька не было. Вытащили в давке.

И тогда он дико захохотал, захлёбываясь вечерним воздухом.


Неожиданно хлынувший дождь обрадовал его. Он снял пиджак, расстегнул рубашку, готовясь принять долгожданный душ. «Выходим быстренько, не задерживаем», — попросил водитель. Господи! — сообразил пассажир, послушно поднимаясь. Рисунки размокнут! Расплывется тушь, вода изувечит портреты!.. Он вытащил из папки бесценные листы бумаги, смотрел на них мгновение и, поддавшись внезапной злости, суетливо раскидал их по сиденьям. «Это вам, — пробормотал он, — любуйтесь». Затем побрёл к дверям.

Равнодушно поблёскивала надпись: «Выхода нет», рядом висел грозный плакат: «А ты не забыл купить проездной билет?!» Он отчётливо представил, как натужно выругается выхлопная труба, как автобус сорвётся с места, показав грязный зад, и ему едва не стало плохо. А я? — испуганно подумал пассажир. Со мной-то что? Где-то в закоулках его сознания бродила смешная мысль: «Надо домой… Пешком… Домой… Пешком…», и он тронул ногой незыблемо прочный асфальт, стараясь не смотреть на темнеющее небо.


1986

Перейти на страницу:

Похожие книги

Текст
Текст

«Текст» – первый реалистический роман Дмитрия Глуховского, автора «Метро», «Будущего» и «Сумерек». Эта книга на стыке триллера, романа-нуар и драмы, история о столкновении поколений, о невозможной любви и бесполезном возмездии. Действие разворачивается в сегодняшней Москве и ее пригородах.Телефон стал для души резервным хранилищем. В нем самые яркие наши воспоминания: мы храним свой смех в фотографиях и минуты счастья – в видео. В почте – наставления от матери и деловая подноготная. В истории браузеров – всё, что нам интересно на самом деле. В чатах – признания в любви и прощания, снимки соблазнов и свидетельства грехов, слезы и обиды. Такое время.Картинки, видео, текст. Телефон – это и есть я. Тот, кто получит мой телефон, для остальных станет мной. Когда заметят, будет уже слишком поздно. Для всех.

Дмитрий Глуховский , Святослав Владимирович Логинов , Дмитрий Алексеевич Глуховский

Детективы / Современная русская и зарубежная проза / Социально-психологическая фантастика / Триллеры
Земля
Земля

Михаил Елизаров – автор романов "Библиотекарь" (премия "Русский Букер"), "Pasternak" и "Мультики" (шорт-лист премии "Национальный бестселлер"), сборников рассказов "Ногти" (шорт-лист премии Андрея Белого), "Мы вышли покурить на 17 лет" (приз читательского голосования премии "НОС").Новый роман Михаила Елизарова "Земля" – первое масштабное осмысление "русского танатоса"."Как такового похоронного сленга нет. Есть вульгарный прозекторский жаргон. Там поступившего мотоциклиста глумливо величают «космонавтом», упавшего с высоты – «десантником», «акробатом» или «икаром», утопленника – «водолазом», «ихтиандром», «муму», погибшего в ДТП – «кеглей». Возможно, на каком-то кладбище табличку-времянку на могилу обзовут «лопатой», венок – «кустом», а землекопа – «кротом». Этот роман – история Крота" (Михаил Елизаров).Содержит нецензурную браньВ формате a4.pdf сохранен издательский макет.

Михаил Юрьевич Елизаров

Современная русская и зарубежная проза
Единственный
Единственный

— Да что происходит? — бросила я, оглядываясь. — Кто они такие и зачем сюда пришли?— Тише ты, — шикнула на меня нянюшка, продолжая торопливо подталкивать. — Поймают. Будешь молить о смерти.Я нервно хихикнула. А вот выражение лица Ясмины выглядело на удивление хладнокровным, что невольно настораживало. Словно она была заранее готова к тому, что подобное может произойти.— Отец кому-то задолжал? Проиграл в казино? Война началась? Его сняли с должности? Поймали на взятке? — принялась перечислять самые безумные идеи, что только лезли в голову. — Кто эти люди и что они здесь делают? — повторила упрямо.— Это люди Валида аль-Алаби, — скривилась Ясмина, помолчала немного, а после выдала почти что контрольным мне в голову: — Свататься пришли.************По мотивам "Слово чести / Seref Sozu"В тексте есть:вынужденный брак, властный герой, свекромонстр

Эвелина Николаевна Пиженко , Мариэтта Сергеевна Шагинян , Александра Салиева , Любовь Михайловна Пушкарева , Кент Литл

Короткие любовные романы / Любовные романы / Современные любовные романы / Современная русская и зарубежная проза / Фантастика