Читаем Царь и схимник полностью

Женщина, близоруко щурясь, посмотрела на нежданных гостей и неожиданно улыбнулась:

– Не знаю, может, и меня, а может, вчерашний день. Весь вопрос, зачем вы в этот дом явились?

– Видите ли, – Давид взял заботу объяснения визита на свои плечи. – Я – редактор газеты «Совершенно секретно», а моя спутница – представитель библиотеки имени Гоголя.

– Интересно, – хмыкнула дама. – Ваша газета, как я помню, занимается криминальными расследованиями. Так? Но в этом доме ни криминала, ни библиотек нет, так что не понимаю цели вашего визита.

– Все очень просто, – успокоил даму Давид. – В Государственном фонде «ленинки» нашлись, наконец-таки, кое-какие средства для восстановления Дома Чертковых. Мы ведь правильно пришли? Так вот. После ремонта здесь, вероятно, во флигеле, будет открыта бесплатная народная библиотека.

– Неужели кто-то все же вспомнил о завещании дарителя? – дама недоверчиво покачала головой. – Надо же! Воистину, пути Господни неисповедимы!

– Не знаю, мы с Богом не договаривались, – парировал парень. – Если вам будет не трудно показать, то мы хотели бы осмотреть внутренности усадьбы. Понимаете, прежде необходимо составить описание дома на бумаге, состояние подвалов, комнат, чердака, как основного здания, так и флигелей.

– Ну, знаете, – хмыкнула дама. – Все комнаты, подсобки и подвалы я просто физически не смогу показать потому, что здесь у меня не хватит ключей для всех дверей.

– Но хоть что-то показать сможете? – решила подать голос Вилена. – Я для этого сюда как на работу явилась.

Дама обернулась в сторону девушки, окинула ее внимательным взглядом и снова улыбнулась:

– Для такой красивой девушки мне по штату положено сделать исключение. Хоть я имею предписание – никого в дом не пускать, но вы вроде бы не опасны. Тем более, если с вашей поддержкой начнется реставрация дома! Ну, входите, гости нежданные, – дама открыла своими ключами входную дверь и оглянулась на парня и девушку.

Видимо, они оба не ожидали, что посетить Дом Чертковых окажется так просто. Известно ведь, что даже Николая Сергеевича, потомка графа Григория Александровича Черткова, не пускали в Дом ряды «честных» охранников. Потомку именитых русских меценатов удалось все же ненадолго проникнуть в особняк с обещанием, что он не будет снимать фотоаппаратом внутренние залы. Узнав об этом, Давид загорелся любопытством и пожелал, если повезет, в первую очередь рассмотреть диковинные залы особняка Чертковых. А тут сама госпожа Фортуна подкинула в экскурсоводы обаятельную женщину, и та без каких-либо запрещений и протокольных увещеваний собралась показать почти неизвестным посетителям те помещения, от которых у нее есть ключи!

Давид, прежде чем переступить порог, оглянулся и спросил у дамы:

– Простите, мы с Виленой не заметили во дворе ни одного охранника. Они, вероятно, внутри дома?

– Давид, не задавай глупых вопросов, – перебила его Бусинка. – Лучше бы «спасибо» сказал…

– Ах да, – махнула рукой нынешняя хозяйка дома. – Простите, совсем забыла представиться. Меня зовут Ларисой Степановной или просто Лялей. А вы – Давид и Вилена, я правильно поняла?

Парочка синхронно кивнула. Лариса Степановна закрыла входную дверь и, обернувшись к гостям, продолжила:

– Сейчас у здания нет реального хозяина, и вход для кого бы то ни было запрещен. Ни внутри, ни снаружи охранников нет, да и платить-то им некому. Американскому потомку графов Николаю Сергеевичу не дают вложить в ремонт и реставрацию наследия предков ни копейки. Днем здесь бываю только я – и то не всегда. Так что вам просто повезло.

– Как? – вскричал Давид. – Я же вчера вечером пришел осмотреть этот дом, так меня у ворот чуть не загрыз какой-то мужик, представившийся охранником!

– Вчера вечером? – Ляля вся превратилась в слух. – Пожалуйста, расскажите об этом подробнее.

– Зачем? – пожал плечами парень. – Я не знаю, если тот мужик не охранник, то зачем же ему здесь ошиваться в ночное время?

– Вот именно зачем? – кивнула Ляля. – А вам, молодой человек, этот «охранник» не показался немного странным?

– Странным? – Давид на секунду задумался. – Вообще-то да, именно странным! Он из подворотни Дома кинулся на меня, как волк на добычу. Я просто чудом увернулся от его нежных объятий.

– Да, действительно чудо, что я вас живым вижу, – согласилась Ляля, как будто ее собеседник действительно должен был превратиться в чью-то добычу. – От лап этих архантропов мало кто уворачивается.

– Как?! – вскричала Вилена. – Убийцы в самом центре Москвы охотятся на людей, а вы об этом говорите, как о чем-то обыденном?!

– Простите, девушка, – возразила хозяйка Дома Чертковых. – По-вашему, я должна всплеснуть руками, заахать, заохать и вызвать наряд милиции, то есть полиции? Глупо. Ваш приятель попал под внимание представителя сатанинской секты, охотящейся за манускриптами из библиотеки Ивана Грозного.

– Что?! – в унисон ахнули гости.

Перейти на страницу:

Все книги серии Романовы. Венценосная семья

Похожие книги

Аламут (ЛП)
Аламут (ЛП)

"При самом близоруком прочтении "Аламута", - пишет переводчик Майкл Биггинс в своем послесловии к этому изданию, - могут укрепиться некоторые стереотипные представления о Ближнем Востоке как об исключительном доме фанатиков и беспрекословных фундаменталистов... Но внимательные читатели должны уходить от "Аламута" совсем с другим ощущением".   Публикуя эту книгу, мы стремимся разрушить ненавистные стереотипы, а не укрепить их. Что мы отмечаем в "Аламуте", так это то, как автор показывает, что любой идеологией может манипулировать харизматичный лидер и превращать индивидуальные убеждения в фанатизм. Аламут можно рассматривать как аргумент против систем верований, которые лишают человека способности действовать и мыслить нравственно. Основные выводы из истории Хасана ибн Саббаха заключаются не в том, что ислам или религия по своей сути предрасполагают к терроризму, а в том, что любая идеология, будь то религиозная, националистическая или иная, может быть использована в драматических и опасных целях. Действительно, "Аламут" был написан в ответ на европейский политический климат 1938 года, когда на континенте набирали силу тоталитарные силы.   Мы надеемся, что мысли, убеждения и мотивы этих персонажей не воспринимаются как представление ислама или как доказательство того, что ислам потворствует насилию или террористам-самоубийцам. Доктрины, представленные в этой книге, включая высший девиз исмаилитов "Ничто не истинно, все дозволено", не соответствуют убеждениям большинства мусульман на протяжении веков, а скорее относительно небольшой секты.   Именно в таком духе мы предлагаем вам наше издание этой книги. Мы надеемся, что вы прочтете и оцените ее по достоинству.    

Владимир Бартол

Проза / Историческая проза
Хмель
Хмель

Роман «Хмель» – первая часть знаменитой трилогии «Сказания о людях тайги», прославившей имя русского советского писателя Алексея Черкасова. Созданию романа предшествовала удивительная история: загадочное письмо, полученное Черкасовым в 1941 г., «написанное с буквой ять, с фитой, ижицей, прямым, окаменелым почерком», послужило поводом для знакомства с лично видевшей Наполеона 136-летней бабушкой Ефимией. Ее рассказы легли в основу сюжета первой книги «Сказаний».В глубине Сибири обосновалась старообрядческая община старца Филарета, куда волею случая попадает мичман Лопарев – бежавший с каторги участник восстания декабристов. В общине царят суровые законы, и жизнь здесь по плечу лишь сильным духом…Годы идут, сменяются поколения, и вот уже на фоне исторических катаклизмов начала XX в. проживают свои судьбы потомки героев первой части романа. Унаследовав фамильные черты, многие из них утратили память рода…

Николай Алексеевич Ивеншев , Алексей Тимофеевич Черкасов

Проза / Историческая проза / Классическая проза ХX века / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза