Читаем Трумпельдор полностью

Но если кто, прочитав предыдущие главы, подумал, что барон Эдмонд Ротшильд был в конце XIX века популярен у евреев или хотя бы у сионистов, то это было совсем не так. Большинство евреев, включая и родственников барона, считали его «филантропию» глупой затеей. Много позднее, в 20-е годы XX века, барон Ротшильд говорил Вейцману: «Если вам нужны деньги, приходите только ко мне, а не к моей родне. Когда я тратил миллионы, они надо мной смеялись. А теперь хотят, потратив несколько тысяч, примазаться к моей славе». Еще раньше барон Ротшильд сказал: «Без меня у сионистов ничего бы не вышло. Но и моя деятельность без них немногого бы стоила». Многое у нас теперь названо в честь Ротшильда. Оценили и сионисты его, и он сионистов. Но тогда, в конце XIX века, далеко было до этого. Тогда над ним евреи не только смеялись, они на него и сердились. Подсчитывали, какие огромные деньги выкидывает он на ветер в Земле Израильской (тем более что авторитетные агрономы и экономисты утверждали, что дело гиблое). А сколько можно было на эти деньги сделать полезного в нищих белорусских или польских местечках! В начале XX века вышла солидная многотомная «Еврейская энциклопедия» на русском языке. Многие, наверно, ее видели. Там много и о Ротшильдах. А о деятельности барона Эдмонда Ротшильда на Земле Израильской сказано хоть и без злобы, но вскользь. А ведь к тому времени он уже сделал в этой области более 90 % того, что вообще сделал. Но для многих евреев того времени, даже имевших «еврейское сердце» — надо полагать, что именно такие писали «Еврейскую энциклопедию», — сионизм был делом несерьезным. Ну а сионисты? Из Земли Израильской слышал Ротшильд только проклятия. Были даже такие русские евреи, что бегали жаловаться к русскому консулу в Иерусалиме — их, несчастных российских подданных, угнетает французский капиталист Ротшильд. Эти жалобы чувствительно задевали филантропа, хотя российские консулы обычно не вмешивались в конфликты евреев-поселенцев ни с его чиновниками, ни с турецкой администрацией.

А «румынам» некуда было жаловаться — маленькая бедная Румыния не имела консульства в Иерусалиме, и вообще, они (румынские евреи) были «иностранцами» в Румынии. Говорили, что поэтому больше любил Ротшильд румынских евреев.

Среди сионистов XIX века виднейшей фигурой был Ахад ха-Ам — «Один из народа» — псевдоним Ашера Гинцберга. Он объехал Землю Израильскую, осмотрел ротшильдовские поселения и, вернувшись в Россию, написал уничтожительную статью «Не тем путем».

Ахад ха-Ам возглавлял культурное направление в сионизме. Это называлось «духовный сионизм». Культурную работу он считал важнее всего и в этой сфере имел большие заслуги. Поселенчество он ставил невысоко — нет смысла привозить случайных неподготовленных людей, которые, встретившись с неизбежными трудностями, заноют и сбегут. Без идеализма страну не возродить. Возможно, этим объясняется его чрезвычайно резкая критика порядков в ротшильдовских поселениях. К Герцлю, чуть позднее, он тоже был в оппозиции.

Что до заселения страны, то его долгое время должна осуществлять, по мысли Ахад ха-Ама, только элита — люди идеологически подготовленные, которые сперва создадут духовный центр еврейского народа и образец морально безупречного общества. Из него в дальнейшем может развиться государство.

Идея элитарного авангарда хороша. Ее, как мы скоро увидим, разделял и Трумпельдор. Она была частично осуществлена. Однако жизнь показала, что для строительства государства нужна массовая алия, а не только элита.