Читаем Троя полностью

— Это сложно объяснить. Чересчур сложно для глупой старухи, перебравшей вина.

— Но ты растолкуешь нам попозже? — настаивал девяностодевятилетний мужчина.

— Я покажу вам завтра, — откликнулась старуха. — Прежде чем наши пути разойдутся.

Ада поймала взгляд Хармана: тот едва скрывал возбуждение.

— Подожди… Ведь эта самая сфера, чем бы она ни была, — Ханна сморщила лобик, — хранит записи о тебе? То есть при желании ты сможешь…

— О да, — печально усмехнулась еврейка. — Меня — то им не забыть. Тысячу с лишним лет назад я подобно прочим факсовала ежедневно. Теперь логосфера поджидает меня, словно невидимая кошмар-птица… И мгновенно вычислит. Стоит допустить оплошность, и вашей покорной слуге придёт конец.

— Да о чём ты? — изумилась Ханна.

— Давайте отложим технические подробности, — отмахнулась старуха. — Просто знайте, что ваши ненаглядные факсы не для нас с Одиссеем. И что мне к вам лучше не соваться.

— Почему? — Недавний именинник изогнул бровь. — В нашем мире нет насилия. Разве только в туринской драме. Так ведь это всё выдумки… — Он многозначительно покосился на сына Лаэрта, однако тот не проронил ни слова.

Сейви допила последние капли.

— Просто поверьте, явиться в открытую для меня — смерть. А главное, поймите, ваши люди непременно должны увидеть Одиссея, поговорить с ним, выслушать его. Ну так что, примет его кто-нибудь у себя дома? Недельки на три? В крайнем случае на месяц…

— Только на три недели! — невежливо перебил её мужчина: похоже, ему не нравилось слышать о себе в третьем лице, как об отсутствующем. — И ни днём дольше.

— Ладно, пусть не дольше. Друзья мои, вы готовы проявить гостеприимство к этому пришельцу, чужаку в ваших краях?

— Разве его не подстерегает та же опасность, что и тебя? — усомнился Даэман.

— Одиссей Ухр в силах о себе позаботиться.

Наступило неловкое молчание. Четвёрка пыталась осознать неожиданную просьбу и последствия, которые повлечёт за собой её исполнение. Первым заговорил недавний именинник:

— Я бы с удовольствием. Но мне не терпится попасть туда, где, по твоим словам, может быть спрятан космический корабль. Кольца — вот моя цель, Сейви Ухр. К тому же ты же сама заметила, мне осталось не так уж и много. Конец последней Двадцатки не за горами. Поэтому я лучше потрачу время на поиски судна. Если бы ты показала, как управлять соньером…

Старуха потёрла виски, словно у неё разболелась голова.

— Ты говоришь о Средиземном Бассейне? Туда не долететь, Харман Ухр.

— Это запрещено?

— Нет. Просто не долететь. И соньер, и прочие воздушные машины отключаются на той территории… — Вечная Жидовка сделала паузу и огляделась. — Однако мы можем дойти или доехать. Кстати, я так и не побывала там за долгие столетия. Хотя проводить сумею… Если один из вас исполнит мою просьбу.

— Я хочу с вами, — решительно заявила Ада.

— И я, — встрял Даэман. — С удовольствием посмотрю на этот-как-его-Бассейн. А чего уставились? Я вам не трус какой-нибудь. Спорим, я здесь единственный, кого сожрал аллозавр.

— За это надо выпить, — изрёк Одиссей и опустошил бокал.

Сейви перевела взгляд на Ханну:

— Остаёшься ты, моя милая.

— Вообще-то буду очень рада, — замялась девушка, — но мы с матерью живём уединённо и редко собираем гостей.

— Боюсь, так не пойдёт, — помрачнела Сейви. — Три недели — короткий срок, и для начала потребуется место, которое знали бы многие. Вот Ардис-холл пришёлся бы как нельзя кстати. — Она бросила выразительный взгляд на Аду.

Та недоверчиво сощурилась:

— Откуда ты знаешь об Ардис-холле? Да и про всё прочее тоже: что Харман читает, как устроена Земля?.. Факсы не для тебя, свободно расхаживать между нами — опасно…

— А я наблюдаю. Наблюдаю и жду. Иногда выбираюсь в свет.

— Горящий Человек, — понимающе кивнула Ханна.

— И не только. — Старуха поднялась. — У вас усталый вид. Не пора ли по комнатам и баиньки? Завтра договорим. Тарелки можете оставить, я вымою.

Тарелки? Вымыть? Путешественники округлили глаза. Ах да, ведь поблизости ни единого сервитора.

Ада хотела взбунтоваться, мол, рано ещё спать, да и Одиссей не поведал свою историю. Потом посмотрела на своих спутников: у Ханны слипались веки, Даэмана так развезло, что он клевал носом, Харман вдруг по-настоящему состарился… Только тут девушка ощутила собственную усталость. В самом деле, денёк выдался не из лёгких. Пора и на покой.

Сын Лаэрта не спешил покидать столовую, но Сейви отвела друзей вниз по коридору, озаряемому лишь редкими грозовыми вспышками, потом по застеклённому эскалатору, что вился вокруг Золотых Ворот, и наконец на самый верх северной башни, где прямо к прозрачному тоннелю виноградной гроздью лепились пузырьки спальных комнат.

Первую дверь еврейка распахнула перед Ханной. Девушка замерла на пороге: она ожидала увидеть прозрачные изогнутые стены и потолок, но чтобы пол? Гостья сделала шаг вперёд — и тут же отпрыгнула обратно.

— Это совершенно безопасно, — заверила старуха.

— Ну, ладно, — вздохнула Ханна и попыталась ещё раз.