Читаем Троецарствие. Том 2 полностью

– Да, да! Этого злодея и брата его надо уничтожить непременно! – подхватил Сяхоу Сюань. – Из-за них мой брат Сяхоу Ба бежал в царство Шу. Неужто мы, родственники правящего дома, будем сидеть сложа руки и смотреть, как в государстве хозяйничают разбойники? Государь, мы ждем вашего указа покарать их!

– Боюсь, что вы не сможете это сделать! – покачал головой Цао Фан.

– Мы готовы отдать жизнь, лишь бы отблагодарить вас, государь! – воскликнули все трое.

Цао Фан снял с себя вышитую драконами и фениксами рубашку, прокусил палец, написал кровью указ и передал рубашку Чжан Цзи со словами:

– Будьте осмотрительны и храните тайну! Помните, как наш предок У-ди казнил Дун Чэна за его неосторожность?

– Не вспоминайте об этом, государь, – прервал его Ли Фын. – Мы не такие ничтожные людишки, как Дун Чэн, и Сыма Ши не достоин сравнения с вашим предком. Не сомневайтесь в нашем успехе.

С этими словами сановники покинули дворец. У ворот Дунхуа они увидели Сыма Ши. Его сопровождало несколько сот вооруженных слуг. Сановники остановились у края дороги.

– Почему вы так поздно возвращаетесь из дворца? – спросил Сыма Ши.

– Мудрейший просматривал в библиотеке книги, а мы читали ему, – за всех ответил Ли Фын.

– Какие книги? – поинтересовался Сыма Ши.

– Разные сочинения времен династий Ся, Шан и Чжоу.

– А почему вы выбрали именно эти книги?

– Потому что Сын неба спрашивал нас, как И Инь поддержал династию Шан и как Чжоу-гун правил государством за малолетнего Сына неба, – отвечал Ли Фын. – Мы сказали Сыну неба, что полководец Сыма Ши – одновременно и Чжоу-гун, и И Инь.

– Не верится мне, чтобы вы могли сравнить меня с И Инем и Чжоу-гуном! – насмешливо заметил Сыма Ши. – Вы скорее способны назвать меня Ван Маном или Дун Чжо!

– Да как мы посмеем! Ведь мы все в вашей власти! – вскричали сановники.

– Лжете! – в гневе закричал Сыма Ши. – О чем вы плакали вместе с Сыном неба в потайной комнате?

– Что вы! Ничего подобного! – уверяли сановники.

– Напрасно отпираетесь! У вас до сих пор глаза красные!

Тут Сяхоу Сюань понял, что Сыма Ши уже все известно.

– Мы плакали потому, что ты оскорбляешь государя и собираешься захватить престол! – закричал он в ответ.

Вне себя от гнева Сыма Ши приказал страже связать Сяхоу Сюаня. Но Сяхоу Сюань успел ударить его кулаком в лицо.

Схваченных сановников обыскали. У Чжан Цзи нашли вышитую драконами и фениксами рубашку, на которой кровью был написан указ Цао Фана:

– Ах вот оно что! – вскричал Сыма Ши, прочитав указ. – Так вы замышляли меня убить! Этого я не прощу!

Сыма Ши приказал казнить всех троих на базарной площади и уничтожить их семьи и родню.

Пока обреченных вели к месту казни, они громко бранили и проклинали Сыма Ши. Им выбили зубы, но не заставили умолкнуть. Так погибли Чжан Цзи, Сяхоу Сюань и Ли Фын.

Сыма Ши ворвался во дворец. Цао Фан беседовал в это время с императрицей Чжан.

– Во дворце много глаз и ушей, – говорила императрица, – вы поступили неосторожно, доверив заговор моему батюшке. Если тайна раскроется, мне не миновать беды.

Появление Сыма Ши прервало беседу императорской четы. Императрица затрепетала от страха, но Сыма Ши, не обращая на нее внимания, обратился к Цао Фану:

– Государь, мой отец возвел вас на престол. В своих заслугах и добродетелях он не уступал Чжоу-гуну. А я? Разве я служу вам не так, как служил своему государю И Инь? Но вы считаете мои заслуги преступлением и подговариваете ничтожных людишек погубить меня и моего брата! Объясните мне, что вас на это толкает?

– У нас не было такого намерения! – дрожащим голосом произнес Цао Фан.

– А это кто писал? – Сыма Ши вытащил из рукава императорскую рубашку и швырнул ее к ногам Цао Фана.

– Это… это они заставили меня написать! – Цао Фан помертвел от ужаса. – Разве посмел бы я…

– Какое наказание полагается за клевету на честного сановника?

– Я виноват! Пощадите меня! – взмолился Цао Фан, падая на колени.

– Встаньте, государь! – строго сказал Сыма Ши. – Надо уважать законы! – И, указывая пальцем на императрицу Чжан, продолжал: – Вот дочь Чжан Цзи – по закону ее следует казнить!

– Пощадите ее! – горько рыдая, умолял Цао Фан.

Сыма Ши, не слушая его причитаний, приказал страже отвести императрицу к воротам Дунхуа и повесить на белом шелковом шнуре.

Потомки об этом сложили такие стихи: