Читаем Триумф Боло полностью

Все снаряжение и оборудование переносится в маскирующих мешках, действующих так же, как и маскировочные костюмы персонала. Контролирую спад температуры костюмов и мешков. Оружие тоже покрыто термомаскирующей пленкой. Сканирую местность. Мы в тени. Врага не обнаруживаю.

— Выходите осторожно, дети мои, — напутствую я их и открываю задний люк.

Десантники приветственно машут моим видеосенсорам и выходят. Закрываю люк и слежу за их продвижением. Они ждут, пока подойдут поближе заслоняющие их рудовозы, и начинают движение к западу вдоль гряды. Вот они задержались и исчезли из поля зрения за тупым выступом скалы. Вот появились снова, виляя между рудовозами, пересекли дорогу. Пересекать дорогу таким образом очень опасно, но менее опасно, чем карабкаться вверх по голой скале, а потом снова спускаться к развилке. Они скрываются в тени дальнего гребня. Наблюдаю за их подъемом.

Первой группе идти дальше. Вторая группа уже занимает предписанную командиром позицию на ближнем гребне. Вижу, как мои парни окапываются и устанавливают сетевые экраны. Молодцы. Я могу следить за ними лишь на пределе возможностей сенсоров, к тому же я знаю, где их искать. Первая группа сейчас вне моего поля зрения. Беспокоюсь. Всегда переживаю, когда не вижу своих мальчиков.

Первая группа должна наблюдать за противником в долине к северу от своей позиции. Вторая группа будет передавать мне результаты короткими кодированными пакетами-вспышками, замаскированными под фоновый эфирный треск. Сейчас они передают, что первая группа заняла позицию. Выжидаем. Банджо следит за показаниями моих приборов. Дуг передает приказы и просматривает планы. Выжидаем. Вторая группа передает информацию. Декодирую и передаю Дугу, одновременно работаю над файлами для передачи командованию.

— Рыжая, первая группа сообщает о скоплении их в той долине. Поменьше, чем на заводе, но там двадцать разведчиков «Явак», пара тяжелых класса «Óдин», пехоты штук пятьсот. Признаков космопорта не видно, но воздушных сил достаточно. Пять воздушных разведчиков. Тяжелый транспорт. Пушкарь обещает уточнить и сообщить позже. Там что-то еще к востоку, может быть, побольше, по его словам.

Командир ругается. Такую лексику он употребляет нечасто.

— Ты можешь их отозвать, — говорит Банджо.

— Да. И если это «что-то» с востока окажется критическим подкреплением Денг, мы угробим кучу наших на этой тухлой яме. Подождем.

Ожидание становится все более тягостным.

За время службы Пушкарь повидал множество чужих миров. Этот, который все называли Шахтами Хобсона, поскольку лишь горнодобывающая отрасль могла обеспечить выживание планеты, был одним из самых суровых. Он был изборожден фантастическими ущельями и пронизывающими облака горными хребтами, кое-где эрозия и древние континентальные ледники смягчили рельеф, представленный в этих местах зазубренными грядами холмов, ледниковыми долинами и редкими наносными равнинами. Со своей теперешней позиции Пушкарь не мог отметить запоминающихся ориентиров. Его внимание привлекали лишь долина к северу и гряда к югу, где окопался Милуоки со второй группой.