Читаем Триумф Боло полностью

— Есть, командир. Вы следуете за мной?

Он отвернулся от ее внутренних сенсоров:

— Нет, я останусь здесь. Я присоединюсь к вам позже, в доке.

— Есть, командир.

Он выпрыгнул и отошел к правому борту, спотыкаясь на неровной земле. Боло послушно повернулся и затарахтел в указанном направлении. Затарахтел, потому что гусеницы были разбиты, в корпусе — дыра как раз возле ведущих шестерен гусениц. Звук исходил из рваной дыры, как вода из умирающей медузы. Специальные единицы Марк XXI обладали тихим ходом, они могли пройти незамеченными мимо спящей кошки. И Рыжая полностью соответствовала стандартам скрытности.

Сейчас же она вообще могла двигаться только потому, что функционировали ее обутые в широкие покрышки колеса с независимым приводом. Концепция независимого привода колес восходила к танку Кристи Т-3 начала двадцатого века, зари танкостроения. Дальнейшее развитие этот принцип получил в знаменитом советском танке Т-34 того же столетия. Этот прием позволял машине двигаться даже при потере гусениц. Гусеничная машина без независимых колес, потеряв гусеницы, превращалась в бронированную коробку, в дот. ЛРК превратилась бы не в бронекоробку, а в сидячую утку.

Колеса Рыжей, хоть и поврежденные, все еще двигались. Она уверенно следовала в указанном направлении без каких-либо отклонений в поведении, если не считать этого дурацкого нытья, которое могло быть всего лишь следствием одного из многочисленных повреждений. Поняла ли она, что ее они сняли?

Он взглянул на удалявшийся корпус Рыжей, на черный ящик.

Списать ее будет слишком похоже на убийство.

3

Мне приказано направиться в док для осмотра и ремонта, в которых я очень нуждаюсь. Несмотря на серьезный ущерб, нанесенный моим сенсорам, обзор местности между мной и местом моего назначения удовлетворителен. На максимальной походной скорости я могла бы прибыть туда за 22 минуты. Но сейчас я не способна на максимальную походную скорость. Даже учитывая то, что внешние сенсоры и внутренняя диагностика фиксируют необходимость ремонта, я следую не на предельной скорости, на которую способна.

Мне не приказано спешить, и я медлю. Мне не хочется спешить. Я не уверена в своих ощущениях, в том, что именно вызывает внутреннюю диагностическую тревогу в личностной схемотехнике. Я — Боло Марк XXI модель I (Специальная). Я рассчитана на повышенную эмоциональную стабильность. Но случившееся вызывает в психотронике моего самосознания глубокое беспокойство.

Что-то случилось с моей памятью. У меня есть базовый набор данных, а также набор личностных характеристик. Остальное — пустота. Запись в памяти начинается с момента, когда командир ввел код при появлении. Это произошло 11,857 минуты назад. Причины мне обнаружить не удается; множество боевых повреждений не имеют к этому никакого отношения.

Столь серьезный дефект памяти озадачивает и тревожит меня. Я не боевая машина, не проектировалась для участия в сражении. У меня нет для этого ни брони, ни оружия. Можно было бы попросить разъяснений у моего командира, так как в базовых данных заложено доверие к командиру и обсуждение с ним сомнительных ситуаций. Но я промолчала, когда командир находился на борту, и не использую для этого канал связи сейчас. Он обсуждал возможность уничтожить меня за преступление, которого я не совершала, — за безумие.