Читаем Тринити полностью

Тетя Паня, оклемавшись, смотрела на Владимира Сергеевича, как на нормального покойника, которого будет так не хватать на предстоящих завтра унылых и пустых похоронах, где, кроме урны с пеплом, не планируется ничего реального. Когда Шарлотта Марковна сообщила тете Пане по секрету, что предстоит кремация, поскольку показывать то, что осталось от человека, только вызвать народные волнения, — тетя Паня откровенно расстроилась. А теперь вот и самого виновника похорон жизнь подогнала. К месту, ничего не скажешь. Как все иногда может правильно развернуться! Просто удивительно. Человек, пусть и с опозданием, но явился! И ничего, что живой! Золу хоронить непривычно, не по-нашему. Похороны с настоящим покойником — совсем другое дело, по-людски.

Она мыслила и крестилась — о чем это я, мол, идиотка, думаю?

— Я наберу ванну, па? — сказал Дастин, чтобы сдвинуть ситуацию с мертвой точки на живую.

— Валяй, — ответил Владимир Сергеевич. — Неплохо бы с дороги. — И потрепал за ушами Бека, снующего туда-сюда и лезущего ко всем целоваться. Ну что, старина, опять мы с тобой не вовремя? В следующий раз так долго задерживаться не будем. Насчет возвращения предупреждать надо. Ясно? Владимир Сергеевич взял с тумбочки сотовые телефоны. Проверил первый — две тысячи триста неотвеченных вызовов. Проверил второй — почти столько же. Значит, не забыли, интересовались.

Бек согласительно проскулил. Он только что закончил обнюхивание своих контрольных точек во дворе и понял, что им тоже интересовались. Все приусадебные углы были просто залиты чужим аммиаком, а участок плотно унавожен залетными дворнягами.

Тетя Паня силилась накрыть на стол, хотя ее никто не просил. Шарлотта Марковна не смогла ни к чему приступить и продолжала, откинувшись, сидеть на диване с опущенными руками. У нее из потревоженной головы не шла картина недавнего опознания. Она сопоставляла увиденное под простыней в морге и то, что сейчас ходило по комнате — сходство было небольшим.

«Как же я так обозналась?» — думала она про себя, а потом произнесла вслух:

— Но ведь тебя же убили!

— Меня убил скотина Пелл! — ляпнул Владимир Сергеевич и тут же выправился. — Меня могут убить только друзья или родственники. И то в спину. — И перешел к конкретике: — А что здесь делал товарищ Фоминат натрия? — спросил Владимир Сергеевич, указав в сторону ушедшего гостя. Вроде к своему дому я его при жизни приучить не успел. — Видок у Владимира Сергеевича был пострашнее любого вопроса, так что Шарлотта Марковна не сразу решила, чего ей больше бояться — вопроса или мужа.

Тема обозначилась в воздухе, но никем не подхватилась.

— Так зачем к нам приходил этот господин? — повторил вопрос Владимир Сергеевич, как известно, не любивший спрашивать дважды. — У нас что, с экологией проблемы?

— Принес квитанцию о переводе денег, — осмелилась доложиться Шарлотта Марковна.

— Каких денег?! — возмутился Макарон. — Он что, в долг брал?

— Да нет, не в долг. — Шарлотта Марковна достала из деревянного бюро квитанцию о переводе денег себе на сберкнижку и к ней основание — договор купли-продажи доли бизнеса, а также Свидетельство о смерти Владимира Сергеевича Макарова и справку о вступлении в наследство. Все это она молча передала мужу, который тут же принялся изучать документы. Ознакомившись, он хмыкнул и ощутил признаки долевой недостаточности — его часть бизнеса была в законный срок унаследована Шарлоттой Марковной и продана Фоминату.

Ошеломленный Владимир Сергеевич скрылся в ванной. Бриться не стал поводил перед носом опасной бритвой и положил на место. А вот искупался с затяжным удовольствием — насыпал полную ванну стирального порошка и наблюдал за ускорением пассажа взвеси. Освежившись, Владимир Сергеевич напялил ссохшийся больше некуда костюм и отправился в гараж с намерением отправиться на работу.

Ключи от «крайслера» торчали в замке. Машина завелась легко. Закрывая за собой гараж, Владимир Сергеевич увидел, что автомобиль с транзитными номерами — значит, снят с учета. «Это еще что за самодеятельность?» подумал он, но разбираться не поспешил и без предупредительного звонка отправился в здание Администрации области.

На работе Макарова тоже никто особенно не ждал. Причем давно. Жизнь наладилась и запросто шла без него. Охрана по первости потребовала у губернатора пропуск, но, всмотревшись, подобострастно взяла под свои торчащие по-лысому уши. Пропустив командира — так Владимира Сергеевича величали на этажах — охрана осталась стоять с поднятыми под углом к мозгу ладонями. Когда губернатор Макаров миновал пост, ладони охранников заметно опали и продолжили находиться в воздухе более развесисто.

В приемной все обошлось без обмороков. Помощница губернатора не успела сообразить, что произошло. Медлительность спасла ее от тяжелых раздумий над жизнью. Через минуту она, как обычно на автомате, подала шефу чай с лимоном, заготовленный кому-то другому, присоединила к чашке пару вафель и тут же скрылась в канцелярии — слова молвить не стала. Владимир Сергеевич попытался вернуть ее на рабочее место, но не успел — след простыл.