Читаем Триллер полностью

— С вами все в порядке? — спросил Ковальски.

Длительная тишина заставила его задержать дыхание. Наконец приемник ожил.

— Наверное, мандрилы чувствуют мою рану, — сообщила Шэй. — Они собираются вокруг меня. Идите и не останавливайтесь.

Ковальски еще несколько раз ткнул веткой в ограду — так ребенок тычет палкой в дохлую крысу, желая убедиться, что она действительно мертва. Наконец, удовлетворившись, он перерезал колючую проволоку ножницами, выданными доктором Розауро, и быстро перелез на ту сторону, уверенный, что ограда просто притворялась и сейчас его пронзит смертельный разряд.

Со вздохом облегчения он приземлился на аккуратно постриженную лужайку, которая составила бы честь любому гольф-клубу.

— У вас мало времени, — напомнила доктор, что, впрочем, было излишним. — Если все пройдет удачно, выбирайтесь через заднюю дверь и ступайте прямо по парку. Он выведет вас на берег. А там уже и до северного полуострова рукой подать.

Выслушав инструкцию, Ковальски поспешил к главному зданию. Переменившийся ветер принес запах дождя и… зловонное дыхание смерти — вонь мяса, долго пролежавшего на солнце. С дальней стороны фонтана лежало тело человека.

Ковальски обошел вокруг трупа. Лицо несчастного было обглодано до костей, одежда порвана на мелкие лоскутки, живот искромсан, так что раздувшиеся внутренности вывалились на землю и остались там, словно красочный серпантин. Судя по всему, после того как добрый доктор покинул дом, здесь вволю попировали мартышки.

В одной руке мертвец крепко сжимал пистолет. Затвор был открыт, магазин пуст. В любом случае, это недостаточно эффективное средство против чертовых плотоядных тварей. Ковальски поднял собственное оружие и стал высматривать, не скрываются ли в темных уголках обезьяны. Но не увидел даже тел. Либо бедолага был совершенно никудышным стрелком, либо краснозадые твари утащили трупы сородичей, возможно намереваясь сожрать позднее — устроить себе роскошный пир.

Затем Ковальски обошел кругом внутренний дворик. Пусто.

Тогда он направился прямиком к главному строению. Что-то — то ли увиденное, то ли услышанное — не давало ему покоя. Он поскреб голову, пытаясь прогнать назойливую мысль, что что-то не так, но безуспешно.

Поднявшись на сделанное из чистого дерева крыльцо, он подергал дверную ручку. Закрыто на задвижку, но не заперто. Одним ударом ноги он толкнул дверь, держа винтовку наготове и ожидая нападения целой своры мартышек.

Дверь распахнулась во всю ширь, ударилась о стену и, вернувшись в исходное положение, захлопнулась прямо перед носом Ковальски.

Раздраженно фыркнув, он снова схватился за ручку, но та не двинулась с места. Он потянул сильнее.

Заперто.

— Это шутка, что ли?

Вероятно, от удара засов встал на место и замок защелкнулся.

— Вы уже внутри? — осведомилась Розауро.

— Почти, — буркнул Ковальски.

— Что вас держит?

— Ну… тут случилось такое… — Он попытался придать голосу робости, но подобная манера подходила ему, как корове седло. — Думаю, кто-то запер дверь.

— Попробуйте окно.

Ковальски осмотрел большие окна, расположенные по обе стороны от запертой двери. Выбрал правое и заглянул внутрь. Взору его открылась простенько обставленная кухня с дубовыми столами, большой белой раковиной и старой эмалированной посудой. Неплохо. Может, в холодильнике даже отыщется бутылочка пива. Помечтать, конечно, можно. Но дело прежде всего.

Отойдя на шаг, он прицелился из винтовки и выстрелил. Серебристый диск прошил насквозь деревянную дверь с такой же легкостью, как и пуля. Щепки полетели во все стороны.

Он ухмыльнулся. Кажется, все не так уж плохо.

Отступив еще немного и встав на краю крыльца, он перевел переключатель в режим автоматического огня и разнес дверь в мелкую щепу.

Затем просунул голову в образовавшуюся дыру и крикнул:

— Эй, есть кто дома?

И в этот момент Ковальски увидел оголенный провод, с шипением скачущий вокруг серебристого диска, воткнувшегося в оштукатуренную стену… и точнехонько в электропроводку. В дальней стене торчали и другие диски… а один пробил трубу, ведущую к газовой плите.

Ковальски даже не стал чертыхаться.

Он лишь успел повернуться и отпрыгнуть, как за его спиной грохнул взрыв. Волна раскаленного воздуха швырнула его вперед, накинув пончо на голову. Он ударился о землю и покатился по двору, словно гигантская шаровая молния. Запутавшись в пончо и ничего не видя перед собой, он врезался прямо в истерзанный труп. Все части тела ныли, вокруг стоял непереносимый жар, пальцы инстинктивно пытались нащупать опору, но находили под собой лишь мертвую плоть и противно хлюпающие кишки.

Давясь и кашляя, Ковальски наконец освободился от пончо и скинул его на землю. Поднялся, дрожа, как мокрый пес, и с отвращением вытер окровавленные руки. Затем посмотрел на здание.

За окнами кухни плясали языки пламени. Через дыру в расстрелянной двери сочился черный дым.

— Что случилось? — прохрипел в приемнике голос доктора.

Он только покачал головой. Пожар стремительно распространялся; огонь, вырвавшись через разбитые окна, уже весело принялся за крыльцо.

— Ковальски?

— Дурацкая ловушка. Я в порядке.