Читаем Триллер полностью

Несмотря на то что после расстрела посла и сопровождавшего его агента ЦРУ в посольский «БМВ» швырнули зажигательную бомбу и тела обгорели до неузнаваемости, в ходе баллистической экспертизы удалось установить, что неизвестный стрелял из автоматического пистолета сорок пятого калибра. Оружие этого же калибра использовалось в серии вызвавших большой резонанс убийств, приписываемых греческой террористической организации «21 августа».

Название организации происходило от даты первой атаки. 21 августа 1975 года члены группировки расстреляли в Афинах резидента ЦРУ и его заместителя и поместили в левой афинской газете длинное и бессвязное послание, в котором взяли на себя ответственность за двойное убийство, провозгласили свои марксистско-ленинские убеждения и обрисовали план по избавлению Греции от всяческого западного и в особенности американского влияния.

Так или иначе, нынешний президент Соединенных Штатов Америки имел определенные цели в отношении «21 августа». Его приводил в негодование тот факт, что в стране с населением всего в одиннадцать миллионов власти не способны решительно разобраться с организацией, которая, по единодушному мнению всех западных разведок, состоит не более чем из полутора десятков человек. «Афинская проблема» — как ее прозвали западные разведчики — слишком долго действовала всем на нервы, и президент намеревался покончить с ней. Он хотел нейтрализовать «21 августа» до того, как члены организации нанесут очередной ущерб американским интересам или же — не приведи господи — продадут «Объект Ахиллес» одному из врагов США.

ЦРУ с большой долей вероятности заключило, что Папандреу, партнер Константина Номикоса, — центральная фигура в организации «21 августа». Были обнаружены и свидетельства его причастности к нападению на посла Эвери и его команду. Тем не менее Харвату улики против Папандреу не казались достаточно убедительными — для такой меры, как убийство, их определенно не хватало, — но он получил приказ. Харвата направили в Грецию с заданием в кратчайшие сроки ликвидировать Папандреу и любыми способами вернуть украденный прибор. Срочность миссии подогревалась еще и тем обстоятельством, что буквально накануне ЦРУ стало известно: у «21 августа» появился покупатель на «Объект Ахиллес» — подданный Иордании, чью личность пока не удалось установить, и сделка может состояться со дня на день.

Весь в сомнениях относительно подлинности разведданных, полученных американцами из греческих источников, Харват посмотрел на наручные часы «Кобольд» и подивился, где же черти носят Папандреу. Ему бы давно пора появиться.

Вдруг привычный уже шум волн, разбивающихся внизу о каменистый берег, перекрыл другой звук — скрип шин по гравию длинной подъездной дорожки. Харват еще сильнее вжался в сырую землю и приготовился стрелять, моля Бога, чтобы его начальники в Вашингтоне не ошиблись.

Синий «лендровер» прокатил по дорожке до больших двойных ворот виллы. Когда открылась дверь с водительской стороны, Харват прильнул к оптическому прицелу, силясь разглядеть лицо прибывшего. Но безуспешно. Придется подождать, пока он выйдет из машины.

— Норвежец, вы можете уверенно идентифицировать объект? — прозвучал в наушниках голос, доносящийся за тысячи миль, из Зала оперативных совещаний в Белом доме.

— Нет, — сообщил Харват. — Оставайтесь на связи.

Он до боли в глазах всматривался в прицел, пытаясь убедиться, что в «лендровере» действительно Папандреу и, следовательно, можно спокойно выполнить задание — нажать на спусковой крючок.

— Норвежец, со спутника передают, что в машине находится только один, повторяю: один человек. Вы можете подтвердить его личность? Это наш парень?

Сидящие в тылу отцы-командиры всегда желают знать все, что происходит на переднем краю. Харват, однако, не мог одновременно докладывать им подробную информацию и полностью сосредоточиться на выполнении задачи, а потому ответил кратко:

— Очистите сеть.

На языке полевых агентов это было вежливым эквивалентом пожелания заткнуться.

Болтовня в наушниках прекратилась, и Харват сконцентрировался на объекте, который как раз выбирался из машины. Со своего места Харват был вынужден дожидаться, пока мужчина обойдет «лендровер» и направится к воротам виллы — тогда только будет возможно как следует рассмотреть его лицо и произвести точный выстрел.

— Десять секунд до идентификации объекта, — вполголоса произнес Харват больше для себя, чем для толпы сотрудников, собравшихся в эти минуты в Зале оперативных совещаний.

Мужчина обогнул «лендровер» спереди.

«Еще три шага», — подумал Харват. Было жарко, на лбу выступили капельки пота.

«Что, если начальники ошиблись и это не тот парень?»

Наконец в поле зрения появилась голова. Харват набрал полную грудь воздуха и задержал дыхание, однако не спешил нажимать на спусковой крючок винтовки.

«Еще несколько шагов. Всего несколько шагов».

Вдруг раздался выстрел, из головы мужчины полетели в разные стороны кровавые брызги, и он повалился лицом на гравийную дорожку.

— Какого х… — прошипел в микрофон Харват.