— Пригнитесь! Пригнитесь! — закричал таможенник и сам присел на корточки за радиатором автомобиля — единственное место, где его не могли достать пули.

Итак, Джеффри решил пойти ва-банк. Уши заложило от грохота выстрелов. Разлетелось заднее стекло. Карен кинулась плашмя на пассажирское сиденье, но одна пуля все же зацепила руку. Другая просвистела всего в нескольких дюймах от того места, где мгновением раньше была ее голова. В раненой руке запульсировала боль, кровь быстро пропитала рукав куртки и потекла по руке. Дейдра проснулась и заплакала.

Пограничники отреагировали мгновенно. Они приказали Джеффри бросить оружие, а когда тот не подчинился, один из пограничников выстрелил и попал Лондону в ногу. Тот упал, но продолжал стрелять. По багажнику застучали пули.

«Идиот! — подумала Карен. — Ты же попадешь в Дейдру!»

Через несколько бесконечных секунд беседовавший с ней таможенник вынул пистолет, а из здания конторы выбежали двое его коллег.

— Бросьте оружие! Бросьте оружие!

Карен посмотрела прямо в глаза Джеффри. В это самое мгновение каждый из них мог все изменить… но нет. Карен вдавила педаль газа до упора, машина сорвалась с места, снесла деревянный шлагбаум и устремилась на территорию Соединенных Штатов.

Джеффри выстрелил вслед, и, как и ожидала Карен, пограничники открыли ответный огонь.

Едва оказавшись за надежными стенами пограничного поста, Карен ударила по тормозам. Стиснув как могла кровоточащую, пульсирующую болью рану, она ухитрилась открыть заднюю дверь и отщелкнуть ремень безопасности, которым была пристегнута Дейдра. Потом вытащила девочку, зашедшуюся истерическим плачем, на улицу, крепко прижала к себе и не отпускала до тех пор, пока не стихла оглушительная пальба.

В обрушившейся внезапно тишине рыдания Дейдры постепенно сменились негромкими всхлипываниями. Не обращая внимания на жгучую боль, Карен с девочкой на руках с трудом встала и нетвердой походкой направилась обратно к будке таможенника. Джеффри лежал на земле, из его рта обильно струилась кровь, безжизненные глаза уставились прямо на Карен.

«Слава богу!» — такова была ее первая мысль.

Ярость по-прежнему владела ею, не оставив места даже для капельки сострадания. Джеффри предпочел умереть, лишь бы не позволить ей увезти Дейдру. Он хотел, чтобы погибли все трое.

Через несколько недель Карен встретилась на игровой площадке в «Стране драконов» с Брендой, где та присматривала за Дейдрой. Фамильное сходство между тетей и племянницей сразу бросалось в глаза — у обеих во внешности было много общего с Беверли. В чертах лица девочки Карен заметила и кое-что от Джеффри Лондона. Господи, как же такое чудесное дитя могло родиться у двух таких порочных родителей?

— Вроде она кажется довольной, правда? — неуверенно спросила Бренда.

Дейдра находилась под наблюдением и проходила курс лечения у детского психолога. Врач надеялся, что терапия поможет девочке преодолеть последствия душевных травм, причиненных обоими родителями.

— Не стоит так волноваться, — поспешила успокоить Бренду Карен. — Она еще совсем маленькая. Если она будет любима и счастлива, то почти обо всем позабудет.

По щеке Бренды скатилась слеза, губы задрожали.

— Она ведь практически ничего не будет помнить о матери.

Карен пришлось закрыть глаза, чтобы сдержать слезы. Она рисковала жизнью ради будущего Дейдры. Теперь ей оставалось только верить, что усилия не потрачены даром.

— А это уже твоя задача — сохранить в ней память о Беверли.

Вдвоем они молча следили, как Дейдра карабкается по веревочной лестнице, а потом съезжает с горки в форме драконьего хвоста и весело хохочет, приземлившись на попку в песок.

— Беверли была так влюблена в него. И он ведь тоже ее любил. — Бренда помедлила в недоумении. — Почему же все рухнуло?

Карен потерла до сих пор ноющую руку. Так же как не скоро затянутся душевные раны, причиненные Дейдре ее отцом, так и рана Карен долго еще будет беспокоить и оставит шрам на всю жизнь. Чтобы раз и навсегда покончить с прошлым и расставить все точки над «i», Карен решила пролить свет на малоприятную правду.

— Еще до свадьбы она знала, что Джеффри опасный человек, но игнорировала предчувствия и предпочла обмануть себя. Самое лучшее, что ты можешь сейчас сделать для Беверли, — это постараться, чтобы ее дочь не повторила ошибок матери.

«А я прослежу за этим».

Кристофер Райх

«Номерной счет» («Numbered Account») — первая книга Кристофера Райха; и не просто первая опубликованная, а вообще первая написанная. Он не изучал в колледже английскую литературу, в ящиках его письменного стола не пылятся черновики неоконченных романов, рассказов или неудачных киносценариев. Роман «Номерной счет» был единственным шансом Райха зарекомендовать себя как писателя, в противном случае его снова ожидал осточертевший мир финансов, все новые слияния и поглощения — бесконечная рутина. «Борющийся писатель, голодающий художник… это другой случай», — любил говаривать Райх.