«Видимо, многолюдный приход», – вспомнила Кира корректную фразу, которой священники измеряли доход от храмов, и услышанную ею у одного приятеля экономиста, преподающего в семинарии.

Ей тяжело давалось определение своих отношений с Богом. Скорее всего, просто не довелось их выяснить. В детстве ее крестили. Потом она несколько раз бывала в церкви, однажды даже причастилась, по настоянию матери и тетки. Воспоминаний об этом мероприятии почти не сохранилось.

Запах ладана и треск свечей не успокаивали ее, святые лики не вселяли благоговения, не заставляли переосмыслять свои поступки и точно не призывали каяться. Она по привычке взирала на открытое, бесстрастное лицо Сына Божьего и пыталась определить, что он чувствует и о чем думает. Мысли приходили сообразно своему собственному эмоциональному состоянию. Она понимала, что на это и рассчитано. Каждый увидит в иконах то, что жаждет увидеть. Отражение себя.

Она вообще видела в религии много психологических трюков и уловок. Как устроены службы, о чем вещают в проповедях, принципы удержания внимания, притупление критического мышления. Но это не от Бога, это от служителей. От людей. А люди, они идут в придачу ко всем своим пороками и страстям. А что от Бога? Где он вообще?

Как итог, Кира пребывала в уверенности, что если Бога искать, то следует искать в себе. Но вытаскивать на свет свои страсти и порок не спешила. Возможно, позже.

Вытребовать преподобного отца на беседу из крепких рядов защитников в черных рясах удалось, лишь солгав, что она близкая подруга Монголина. Наконец, ее проводили в весьма прозаичный и деловой кабинет с рабочим столом, с креслами для посетителей и стеклянным кофейным столиком.

Отец Пимен оказался мужественным и весьма привлекательным мужчиной лет сорока пяти. Тонкие, словно выписанные иконописцем черты лица. Высокий лоб, прямой ровный нос, мягко очерченный рот. Русые волосы по плечам, отливавшие небольшой рыжиной, и аккуратная бородка, положенная по статусу наместника монастыря. Впечатление производили глаза. Большие и лучистые, очень внимательные и смотрящие удивительно по-доброму. Кира закусила губу и прищурилась, прикинув, стоит ли испытывать человека с подобным взором на эмоциональную устойчивость.

– Хотите узреть путь к Богу? – в голосе звучали лукавство, торжество и даже превосходство.

– Нет, – честно призналась Кира, остановив взгляд на длинных пальцах, державших черную пластиковую кость домино. На столе стоял целый извивающийся змеиный хвост из таких же костяшек, поставленных на ребро.

– А что это у нас за символизм? – заинтересовалась Кира и склонила голову набок, внимательнее приглядываясь к батюшке. Расширенные зрачки, улыбка, с похожей на которую Господь Бог взирал на чад своих, и едва различимая песенка. Наместник монастыря мурлыкал себе под нос, пребывая в умиротворении и довольстве собой.

То, что отец Пимен ошибается по поводу смысла ее визита, она уже поняла. Он с кем-то ее перепутал? Похоже, разговор предстоял интереснее, чем она предполагала.

Глава 12

Час спустя Кира покинула монастырь растерянной, задумчивой и с памятным значком монастыря в руке, врученным ей лично батюшкой. Композиция из куполов и солнца, спаянная сразу из трех разных металлов. Сплошной символизм. Трижды прошла по парковке в поисках своей машины, забыв, что она приехала не на своем «Мини Купере», а на самбуровском «Мерседесе».

Вера во всевышнего, какой бы он религии ни был, измеряется слепотой. Слепота не может быть знающей. Ни одному знающему не дано убедить верующего.

Кира заглянула в глаза вере и оказалась беспомощна, со всеми своими знаниями. Она заглянула в мысли служителя божьего и постаралась обойти его душу. Что отец Пимен разглядел в ее душе, она предпочла не думать.

В УВД Кира вернулась раньше Романа и Григория. Не обнаружив на парковке перед зданием серого «Мерседеса», хотела дождаться их в машине. После общения со святым отцом компания Татьяны Николаевны грозила нанести существенный ущерб ее психике. Инстинкт самосохранения подсказывал: «Жди мужиков. Еще два трупа в деле светят очень плохим показателем раскрываемости». Но победу одержало желание посетить туалет.

Лучшей чертой своего характера Кира считала умение не врать себе. В своих неприятностях, неудачах и прочих гадостях, которые сыпались на нее, она не обвиняла провидение, обстоятельства и высшие силы. Если вы бьете третью чашку за неделю, вы не творец своего счастья, которое на подходе, вы обычный рукожоп, и впереди вас ждут в лучшем случае дополнительные траты на посуду.

Психолог отличается от нормальных людей не отсутствием тараканов в голове, а знанием их поименно. Несдержанный язык, высокомерие, комплекс демиурга и хорошо развитое чувство юмора – всех своих демонов Кира Вергасова знала по именам. Терпения среди них не было. Но непомерная доля испытаний сегодня выпала именно на него.

Татьяна Николаевна стояла у самой двери на КПП с поджатыми губами, жутко ответственным видом и сосредоточено сверяла что-то на двух листах планшета, аккуратно закрепленных скрепкой.