Читаем Трибунал для Героев полностью

Все эти годы «невозвращенец» Сапрыкин страдал, тяжело переживал разлуку с Родиной. Он так и не сумел адаптироваться до конца к новой жизни, не завел семьи. Его небольшая квартира в Торонто была оклеена фотографиями времен Великой Отечественной войны, заставлена полками с книгами на русском языке. Их он собрал около 5 тысяч томов. В основном — произведения русских классиков и мемуары наших полководцев. До последних дней он оставался патриотом своей страны. Радовался ее успехам, переживал по поводу неудач. За несколько лет до смерти Сапрыкин приютил у себя молодого эмигранта из Ленинграда. А когда во время трансляции хоккейного матча увидел, как тот радовался, когда избивали советского хоккеиста, выпроводил его из дома.

Узнав через Красный Крест адрес отца-фронтовика, он написал ему:

«Дорогой папа! Мне трудно писать. Нет слов, чтобы передать до боли волнующее чувство счастья, охватившее меня при вести о тебе… Я преисполнен гордости и счастья, узнав от советского представителя в Канаде, что ты здоров. По-иному сложилась моя судьба: постылый плен и жизнь на чужбине. Трудно в нескольких словах передать о своей жизни, скажу только то, что здоровье мое слабое. Сквозное ранение в грудь (при этом обстоятельстве я был взят в конце декабря 1943 года в плен) дает знать о себе и по сей день. Пусть столь краткое и невнятное письмо облегчит твое состояние сознанием того, что в самые трудные для нашей страны годы я был в рядах ее защитников. Пойми и не осуди мое невозвращение. Твой сын не предатель родины. Более того, мысли о ней были и остаются единым убеждением в его жизни за границей…».[497]

Советский представитель в Канаде — это А.Н. Яковлев. Сапрыкин, случайно узнав о своей высокой награде, побывал у него на приеме в середине 70-х годов. Александр Николаевич выслушал Владимира Алексеевича, обещал помочь. Сам позвонил в газету «Труд» и рассказал о необычной судьбе Героя.

А. Н. Яковлев вспоминал:

— Тяжелая одиссея этого человека потрясла нас. Я дал телеграмму в Москву. Просил поточнее навести справки о высокой награде Сапрыкина. Надеялся, что вернем герою его звезду и посодействуем его приезду в Союз. Провел по этому необычному делу и переговоры с канадскими властями. Долго ждали ответа из Москвы. И он, наконец, пришел. Горький, к сожалению, и жестокий, оставивший неприятный осадок на душе.[498]

Кто же проявил бдительность? Какова была аргументация тех, кто принял решение о лишении Сапрыкина звания?

Известно, что с официальным ходатайством в Президиум Верховного Совета СССР вошло Министерство обороны СССР, ссылаясь на какую-то информацию КГБ о том, что Сапрыкин находился в разведцентре «Валли». В справке, направленной в Президиум в сентябре 1976 года генералом Главного Управления кадров МО СССР Куприяновым говорилось о том, что в документах, поступивших из Бутурлиновского райвоенкомата, есть «справка из Комитета государственной безопасности при Совете Министров СССР о том, что по данным их отдела Сапрыкин… легионер, служил в немецкой армии».[499] Заместитель заведующего отделом наград Мохов в препроводительной к проекту Указа о лишении Сапрыкина звания Героя формулировку «обвинения» расширил и изложил следующим образом: «В период плена он находился в различных лагерях для советских военнопленных, в том числе и в лагере, в котором занимались подготовкой лиц для ведения разведывательно-диверсионной работы СССР. После войны Сапрыкин В.А. остался в Западной Европе, откуда в 1947 году выехал в Канаду… Как полагает Комитет Государственной безопасности при СМ СССР вероятной причиной невозвращения Сапрыкина на Родину является его опасение понести ответственность за компрометирующее поведение в немецком плену».[500] Вот так на основании предположений, непроверенных материалов и вероятных данных Указом от 25 августа 1977 года капитан Сапрыкин был лишен звания Героя Советского Союза.

Вопрос о законности лишения Сапрыкина звания Героя был поставлен вскоре после его смерти.[501] В марте 1991 года земляк Сапрыкина полковник в отставке Петр Михайлович Дунаев и корреспондент «Труда» Ю. Дмитриев направили соответствующий запрос в Главную военную прокуратуру. Немало сделал для сохранения чести и достоинства героя-фронтовика прокурор ГВП полковник юстиции А.С. Дорофеев. Об объеме проделанной этими людьми работы нагляднее всего свидетельствует архивное дело. Дорофеев сделал десятки запросов, разыскал и изучил материалы проверки в отношении Сапрыкина, поступившие из следственного отдела КГБ СССР,[502] архивно-фильтрационное дело из Управления КГБ по Воронежской области,[503] «Материалы к Указу Президиума Верховного Совета СССР от 25.08.77 г. об отмене Указа от 3.06.1944 г. в части присвоения Сапрыкину звания Героя Советского Союза» [504] Даже в Ленинскую библиотеку пришлось заглянуть для того, чтобы изучить все написанное о Герое, в том числе книгу «Богатыри земли воронежской».