Читаем Трибунал для Героев полностью

В начале октябре В. Сапрыкин 1941 года попал вместе со своей частью в окружение в районе станции Павлиново Смоленской области. Вышел к своим только 26 декабря около села Каменка Тульской области. Сразу же был направлен в особый отдел 1-го гвардейского кавалерийского корпуса, затем на пересыльный пункт в гор. Козельске, а в феврале 42-го — в фильтрационный лагерь. В ходе опросов Сапрыкина было установлено, что он вышел из окружения с оружием и документами. Политрук М. Карасев, выходивший из окружения вместе с ним, подтвердил — «Сапрыкин настроен патриотически, снова желает на фронт».[495] Между тем, проверка затягивалась. И в начале апреля, не выдержав заточения, Сапрыкин самовольно оставил Гороховецкие лагеря. Куда и зачем он ушел, неизвестно, так как дело за давностью лет было уничтожено. 15 июня 1942 года в гор. Балахне военный трибунал 16 стрелковой дивизии осудил дезертира Сапрыкина по ст. 193-7 п. «г» УК РСФСР к 10 годам лишения свободы. Но, применив примечание 2 к ст. 28 УК РСФСР, отсрочил ему исполнение приговора и направил в штрафбат.

Сапрыкин оправдал оказанное ему трибуналом доверие. Кровью смыл вину, мужественно сражался с врагом. Наглядное тому подтверждение — награждение комбата в июле и октябре 1943 года орденами Красной Звезды и Александра Невского. А в декабре 1943 года, на витебской земле, где гитлеровцы не только ожесточенно держались за каждый клочок земли, но и нередко переходили в контратаки, батальон капитана Сапрыкина совершил беспримерный подвиг у деревни Красная Слобода. По всем меркам этот подвиг можно было мифологизировать. Сапрыкин вполне мог стать культовым героем послевоенной молодежи, если бы в 42-м не имел судимости, а в декабре 43-го оказались бы где-то в том районе фронтовые корреспонденты «Красной звезды».

Но, поскольку их там не было, нам придется обратиться к наградному листу на представление командира стрелкового батальона капитана Сапрыкина В.А. к званию Героя, который составил и подписал командир 612 стрелкового полка майор К. Алиев. В графе «ранения и контузии» он написал: «Убит 3 декабря 1943 года», а затем кратко изложил «личный боевой подвиг» Героя:

«В боях с 1 по 3.12.1943 г. в дер. Красная Слобода, Дубровинского района, Витебской области тов. Сапрыкин со своим батальоном выбил немцев из сильно укрепленного важного опорного пункта. Несмотря на многочисленные контратаки превосходящего противника тов. Сапрыкин стойко удерживал рубеж. Каждый день противник предпринимал до 10–12 контратак при поддержке танков. Капитан Сапрыкин после трехдневных боев героически сдерживал натиск до батальона пехоты противника, с группой 30 человек. На третий день немцы численностью до батальона предприняли ожесточенную контратаку при поддержке 15 танков и отрезали Сапрыкина с остатками батальона. Все бойцы дрались до последнего патрона, воодушевляемые стойкостью своего комбата. Тов. Сапрыкин вызвал огонь на себя, когда кольцо немцев сузилось до двадцати метров. До последнего дыхания тов. капитан Сапрыкин уничтожал наседавших со всех сторон немцев. Последние слова, переданные Сапрыкиным по радио: «Заканчиваю работу, прощайте, товарищи, умираю за Родину». Смертью героя погиб капитан Сапрыкин, истребив со своим батальоном за три дня боев до полка немецкой пехоты. Его подвиг заслуживает высшей Правительственной награды».[496]

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 3 июня 1944 года Сапрыкину Владимиру Алексеевичу посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза. Однако он выжил. Тяжело контуженного, с пробитой насквозь грудью, его подобрали немцы и отправили в концлагерь. Капитан перенес все муки и лишения, прошел пять лагерей и весной сорок пятого был освобожден войсками союзников. О Победе бывший военнопленный Сапрыкин узнал в английском госпитале, где залечивал фронтовые ранения и раны. Допрашивавший его подполковник «положил глаз» на ухаживавшую за Сапрыкиным его возлюбленную медсестру Ирину. В сильном подпитии разъяренный подполковник порвал единственный и чудом сохранившийся документ, подтверждавший принадлежность капитана к Красной армии, — аттестат на обмундирование, — заявив при этом, что теперь он никто. Сапрыкин вскочил с кровати, вырвал у подполковника пистолет из рук и вышвырнул его за дверь. А потом, считая, что все мосты сожжены и понимая, что ждет его на родине, один уплыл на пароходе из Гамбурга в далекую Канаду.