Кто-то дернул веревку, и Полина упала спиной на пол, у нее сперло дыхание. Она потянулась к шее в попытке ослабить или снять веревку. Пальцам судорожно удалось ее раздвинуть всего чуть-чуть, ровно настолько, чтобы хватило сделать вздох.

– Допрыгалась, ваше сиятельство, – сказала насмешливо голова, появившаяся в зоне ее видимости.

– Это все сделала она? – раздался второй изумленный голос. – Женщины не могут такого.

– Эта, видимо, может, – ответила голова, и добавила ей пинка под ребра.

Полина услышала звук собирающейся слюны, и секундой позже ей в лицо прилетел огромный плевок. Она не смогла даже разозлиться – до того избитой и несчастной себя чувствовала.

Все было насмарку. Теперь уже слишком поздно сопротивляться.

Вопреки этим мыслям, Полина вновь попыталась избавиться от веревки на шее, но наемник не позволил ей этого, затягивая хомут сильнее. Пальцы, что были под веревкой, помешали ему сдавить горло окончательно.

– Тащи ее на площадь. Только не задуши по дороге.

Полина услышала смешок. Наемник потянул веревку сильнее, собираясь тащить ее до площади прямо так.

– Вставай, – рявкнул он.

Он схватил ее за волосы, поднимая на ноги.

Что ж, подумала Полина. Этот шанс она провалила. Девушка медленно поднялась на ноги, собрала все немногие силы, что у нее оставались, и рванула в противоположную сторону.

Раздался хруст, который Полина уже не услышала.

Шея сломалась, и она умерла.

Глава 2.

Полина резко открыла глаза. "Надо бежать," – пронеслось у нее в голове, и она предприняла попытку пошевелиться, но обнаружила, что привязана к кровати. Руки, ноги и даже голова были стянуты ремнями в таком положении, что шевелить получалось лишь только пальцами ног или глазами.

Дыхание участилось. Полина, сдерживая подступающую панику, попыталась осмотреться.

Помещение больше всего напоминало больничную палату. Белый потолок, светлые стены, ремни, что стягивают тело. Неужели шея была сломана не до конца? И ее решили вылечить? Звучало абсурдно. Их цель была убить ее, так что она просто им помогла.

Нет. Запах отличался от больничного.

Полина сделала еще несколько абсолютно бесполезных попыток подняться, после чего решила затаиться, чтобы поберечь силы.

Слева мелькнула тень, Полина скосила глаза, чтобы разглядеть что-нибудь. Раздались шаги, к ней уверенно приближался человек, судя по всему, мужчина.

В поле зрения появилась голова. Молодой мужчина с резкими чертами лица и впалыми щеками внимательно посмотрел на нее.

– Полина? Слышишь меня?

Девушка медленно моргнула, не будучи уверенной стоит ли ей согласиться или никак не отреагировать. Она опять скосила глаза, чтобы убедиться одни они здесь или нет. Было тихо, поэтому она вернула взгляд на мужчину. Он казался знакомым и не вызывал в ней страха.

Полина моргнула, пытаясь прислушаться к себе, но затем резко выдохнула, зрачки расширились, и она окончательно расслабилась.

– Да, Кирилл, я слышу, – ответила Полина.

Кирилл коротко кивнул и принялся расстегивать ремни. Полина, расслабившись, по очереди сгибала и разгибала пальцы, руки и ноги, чтобы убедиться, что ничего не онемело.

Она бросила короткий взгляд на Кирилла. Мужчина выглядел таким же серьезным, как и всегда. Немного удручающе.

– Кажется, я не чувствую мизинец, – деланно испуганно произнесла Полина.

Кирилл даже не посмотрел на нее, лишь демонстративно отстегнул последний ремень и вернулся к компьютеру.

Полина покачала головой, недовольная его равнодушием, но, впрочем, сразу же радостно улыбнулась. После вылазок она всегда испытывала облегчение при мысли, что она вовсе не та девушка из параллельной реальности. Что она выжила и не умерла. Более того она может пообедать, вернуться домой и включить себе какой-нибудь сериал под вкусную еду. До завтрашнего утра она могла быть снова просто Полиной.

Она так глубоко погрузилась в приятные мысли о вечернем времяпрепровождении, что не сразу поняла. Провал. Она провалилась.

Девушка поднялась на кушетке, усаживаясь и начиная разминать мышцы, что затекли от долгого неподвижного лежания. Кирилл уже сидел к ней спиной, внося данные этой попытки.

Эта картина за последние полгода стала такой привычной. После каждого возвращения Кирилл уделял ей времени ровно столько, чтобы убедиться, что она в порядке, а затем неизменно возвращался к монитору. За это время она даже научилась общаться с его спиной. Внешне казалось, что он сидит в одной неизменной позе, однако ему удавалось транслировать целую мысль, лишь слегка положение спины.

Легкость, которая неизменно появлялась после возвращения стремительно шла на убыль. Кирилл как бы говорил: "Ты облажалась. Перепутать комнаты – это чересчур."

– Я сделала все, что могла, – упрямо ответила она.

Спина не ответила, упорно продолжая настаивать на своем. Полина пожала плечами. Она тоже была разочарована неудачей не меньше его, однако такая безапелляционная реакция Кирилла раздражала.