Читаем Три недели в Советском Союзе полностью

После трёхчасового разговора был устроен фуршет, во время которого к Сергею по очереди подходили бизнесмены, с которыми он обменивался визитками и парой слов. При этом они ничуть не менее активно обменивались впечатлениями между собой. Одним из последних к нему подошел пожилой мужчина, протянул свою визитку и спросил:

— Господин Чистяков, почему вы не сказали ни слова о ваших планах относительно автомобилестроения?

Сергей ответил ему с глубоким вздохом:

— Прежде всего потому, что мы намерены купить от десяти до двадцати автомобильных заводов в Германии. Увы, но Советскому Союзу нечем похвастаться в этой области.

— Двадцать заводов? — Воскликнул потрясённый немецкий бизнесмен — Я не ослышался?

Поставив бокал едва пригубленным виски на поднос проходящего мимо официанта, Сергей развёл руками и сказал:

— Увы, но такова реальность. Нам придётся это сделать, чтобы насытить свой рынок автомобилями. Мы хотим делать у себя в стране самые лучшие автомобили и надеемся на сотрудничество с вашими автомобильными концернами, господин Штольц, а теперь простите меня, но мне нужно ехать. У меня ещё есть сегодня одна очень важная встреча и я не могу её пропустить.

Та встреча, на которую так спешил Сергей, действительно была очень важна для него, хотя он и ехал на ночь глядя в тюрьму. Полицай президент, на которого покушались террористы, уже повстречался с ними и передал им предложение посланника главы советского государства. Те какое-то время отмалчивались, а затем сами попросили о встрече. Когда полицай президент позвонил Сергею, он сразу же сказал, что после встречи с представителями крупного бизнеса сразу же поедет в тюрьму. Там его уже ждали и провели в большую комнату, где сидели на лёгких пластиковых стульях и переговаривались между собой террористы, задержанные бойцами полковника Зимина. Вид у этих молодых людей, одетых в тюремную робу, был подавленный и какой-то пришибленный. Как только он вошел, молодые люди угрюмо заворчали и Сергей усмехаясь спросил:

— Что, я не нравлюсь вам, господа? Ну, я от вас тоже, признаюсь честно, не в восторге, но я приехал к вам с одной лишь только целью, чтобы узнать, согласны ли вы сменить эту тюрьму на тихую и мирную жизнь в самом центре Советского Союза? Вы полетите туда только при одном условии, — вместе с вами в мою страну полетят все те ваши товарищи, которые находятся на свободе. Возможность связаться с ними вам будет предоставлена.

Ульрика Майнхоф тут же поинтересовалась:

— Это правда, что вы намерены поселить нас в сибирской деревне? Вы хотите, чтобы нас там съели зимой медведи?

— Госпожа Майнхоф, зимой медведи спят. — Ответил ей Сергей — А летом им и без вас есть чем питаться. В Сибири же мы вас хотим поселить только потому, что тем немцам, которые там побывали, очень понравились те места. Вот там вы своими глазами вы увидите, что такое настоящий социализм, когда поживёте без электричества, без газа, без телевизора и без всего того, к чему так привыкли в Германии. Умереть с голоду или замёрзнуть вам не дадут. Русские люди, особенно в деревнях, отличаются своим исключительным гостеприимством и радушием. Думаю, что года через три вы полностью измените свои взгляды, пока мы будем вводить рыночные отношения, то есть элементы капитализма, у себя в Советском Союзе, а ваши сограждане, объединившись, будут строить новую Германию, которая, как я надеюсь, будет отличаться от прежней. При этом я вовсе не гарантирую, что ту деревню, в которой вас поселят, не затронет ветер перемен. В общем я хочу заменить вам немецкую тюрьму русской ссылкой и прошу отметить особо, через ссылки прошли русские декабристы, поднявшие восстание против царя, Ленин, Сталин и очень многие другие коммунисты. Правда, для вас она будет совсем не такой, как для них. Через пять дней я возвращаюсь домой, в Советский Союз, с вами или без вас.

Несостоявшиеся террористы, а их, как выяснилось, было большинство, заёрзали на стульях и стали оживлённо переговариваться. За самой Ульрикой Майнхоф числилось пока что не так уж много преступлений, самым громким из которых была организация побега Андреаса Баадера, а вот её дружку не повезло, ему светил длительный срок заключения, как и ещё двум главарям РАФ. Большинство высказываний было адресовано ей и она, наконец, спросила Сергея:

— Сколько лет вы продержите нас в своей Сибири?

Сергей улыбнулся и ответил: