Читаем Три мушкетера полностью

Несколько раз то лорд Винтер, то Портос, то Арамис пытались заговорить с человеком в красном плаще, но на все задаваемые вопросы он отвечал безмолвным поклоном. Путники поняли, что незнакомец молчал не без причины, и перестали с ним заговаривать.

Между тем гроза усиливалась, вспышки молнии быстро следовали одна за другой, гремели раскаты грома, и ветер, предвестник урагана, развевал волосы всадников и перья на их шляпах.

Кавалькада пошла крупной рысью.

Вскоре после того, как она миновала Фромель, полил дождь. Всадники закутались в плащи; им оставалось ещё три лье - они проехали их под проливным дождём.

Д'Артаньян снял шляпу и откинул плащ: он с наслаждением подставлял под ливень пылающий лоб и сотрясаемое лихорадочной дрожью тело.

Когда кавалькада, оставив позади себя Госкаль, подъезжала к почтовой станции, какой-то человек, укрывавшийся от дождя под деревом, отделился от ствола, с которым он сливался в темноте, вышел на середину дороги и приложил палец к губам.

Атос узнал Гримо.

- Что случилось? - крикнул д'Артаньян. - Неужели она уехала из Армантьера?

Гримо утвердительно кивнул головой. Д'Артаньян заскрежетал зубами.

- Молчи, д'Артаньян! - приказал Атос. - Я всё взял на себя, так предоставь мне расспросить Гримо.

- Где она? - спросил Атос.

Гримо протянул руку по направлению к реке Лис.

- Далеко отсюда? - спросил Атос.

Гримо показал своему господину согнутый указательный палец.

- Одна? - спросил Атос.

Гримо сделал утвердительный знак.

- Господа, - сказал Атос, - она одна, за пол-лье отсюда, по направлению к реке.

- Хорошо, - отозвался д'Артаньян. - Веди нас, Гримо.

Гримо зашагал через поля, кавалькада последовала за ним.

Шагов через пятьдесят всадники встретили ручей и перешли его вброд.

При блеске молнии они на миг увидели деревню Ангенгем.

- Там, Гримо? - спросил Атос.

Гримо отрицательно покачал головой.

- Тише, господа! - сказал Атос.

Отряд продолжал свой путь.

Снова блеснула молния. Гримо протянул руку, и в голубоватом свете змеившегося зигзага всадники разглядели уединённый домик на берегу реки, в ста шагах от парома.

Одно окно было освещено.

- Мы у цели, - сказал Атос.

В эту минуту какой-то человек, лежавший в канаве, вскочил на ноги. Это был Мушкетон. Он указал пальцем на освещённое окно и сказал:

- Она там.

- А Базен? - спросил Атос.

- Я сторожил окно, а он в это время сторожит дверь.

- Хорошо, - похвалил Атос. - Вы все верные слуги.

Атос соскочил с коня, отдал повод Гримо и, сделав всем остальным знак обогнуть дом и подъехать к двери, направился к окну.

Домик был окружён живой изгородью в два-три фута вышиной. Атос перепрыгнул через неё и подошёл к окну; оно было без ставен, но доходившие до половины занавески были плотно сдвинуты.

Атос встал на каменный выступ и заглянул поверх занавесок в комнату.

При свете лампы он увидел закутанную в тёмную мантилью женщину; она сидела на табуретке перед потухающим огнём очага и, поставив локти на убогий стол, подпирала голову белыми, словно выточенными из слоновой кости, руками.

Лица её нельзя было рассмотреть, но на губах Атоса мелькнула зловещая улыбка: он не ошибся - это была та самая женщина, которую он искал.

Вдруг заржала лошадь. Миледи подняла голову, увидела прильнувшее к стеклу бледное лицо Атоса и вскрикнула.

Атос понял, что она узнала его, и толкнул коленом и рукой окно; рама подалась, стёкла разлетелись вдребезги.

Атос вскочил в комнату и предстал перед миледи, как призрак мести.

Миледи кинулась к двери и открыла её - на пороге стоял д'Артаньян, ещё более бледный и грозный, чем Атос.

Миледи вскрикнула и отшатнулась. Д'Артаньян, думая, что у неё есть ещё возможность бежать, и боясь, что она опять ускользнёт от них, выхватил из-за пояса пистолет, но Атос поднял руку.

- Положите оружие на место, д'Артаньян, - сказал он. - Эту женщину надлежит судить, а не убивать. Подожди ещё немного, д'Артаньян, и ты получишь удовлетворение… Войдите, господа.

Д'Артаньян повиновался: у Атоса был торжественный голос и властный жест судьи, ниспосланного самим создателем. За д'Артаньяном вошли Портос, Арамис, лорд Винтер и человек в красном плаще.

Слуги охраняли дверь и окно.

Миледи опустилась на стул и простёрла руки, словно заклиная это страшное видение; увидев своего деверя, она испустила страшный вопль.

- Что вам нужно? - вскричала миледи.

- Нам нужна, - ответил Атос, - Шарлотта Баксон, которую звали сначала графиней де Ла Фер, а потом леди Винтер, баронессой Шеффилд.

- Это я, это я! - пролепетала она вне себя от ужаса. - Чего вы от меня хотите?

- Мы хотим судить вас за ваши преступления, - сказал Атос. - Вы вольны защищаться; оправдывайтесь, если можете… Господин д'Артаньян, вам первому обвинять.

Д'Артаньян вышел вперёд.

- Перед богом и людьми, - начал он, - обвиняю эту женщину в том, что она отравила Констанцию Бонасье, скончавшуюся вчера вечером!

Он обернулся к Портосу и Арамису.

- Мы свидетельствуем это, - сказали вместе оба мушкетёра.

Д'Артаньян продолжал: