Читаем Три гроба полностью

«Пройдя через обитую асбестом дверь и начав спускаться, я услышал звуки, как будто кто-то колол дрова. Тогда я побежал вниз. Заслонка печи была открыта, а рядом стоял старина Чокнутый с топориком руке, рубил свой реквизит и швырял обломки в огонь. «Ради бога, Чокнутый, что ты делаешь?» — «Уничтожаю мое оборудование, синьор Пальяччи, — ответил он. (Синьор Пальяччи — мой артистический псевдоним, но он всегда меня так называл.) — Моя работа закончена, и я больше в нем не нуждаюсь». С этими словами он бросил в печь фальшивые веревки и полые бамбуковые шесты для своего шкафа. «Господи, Чокнутый, возьми себя в руки!» — сказал я. «Разве я тебе не говорил? — отозвался он. — Я собираюсь навестить своего брата. Он должен уладить одно наше старое дельце».

Чокнутый подошел к лестнице и неожиданно повернулся. Физиономия у него была как морда у белой лошади (боже, прости мне такие слова), а отсветы пламени из печи делали ее еще более жуткой. «Если со мной что-то случится после того, как мой брат уладит дело, — сказал он, — ты найдешь его на той же улице, где живу я. У него там не постоянное жилье, но он снял на этой улице комнату». В этот момент в подвал спустился старый Айзекстайн. Он искал Чокнутого и не мог поверить своим ушам, когда услышал, что Чокнутый отказывается выступать. «Ты знаешь, что случится, если ты не будешь выступать?» — завопил Айзекстайн. «Да, знаю, — ответил Чокнутый спокойно, как человек, у которого на руках все козыри, а потом вежливо приподнял шляпу и добавил: — Доброй ночи, джентльмены. Я возвращаюсь в свою могилу». И этот псих поднялся по лестнице, больше не сказав ни слова».

Хэдли сложил лист бумаги и спрятал его в портфель.

— Да, он был хорошим шоуменом, — промолвил доктор Фелл, пытаясь разжечь трубку. — Жаль, что братцу Анри пришлось… Что дальше?

— Не знаю, удастся ли нам найти жилище Анри на Калиостро-стрит, но мы отыщем его временное убежище, — продолжал Хэдли. — Вопрос в том, куда направлялся Флей, когда его застрелили. Не в свою комнату. Он жил в доме 2Б в начале улицы, но шел в противоположную сторону. В момент выстрела Флей находился в середине улицы, между домом номер 18 справа и домом номер 21 слева. Это хороший след, и я направил по нему Сомерса. Он должен зайти в каждый дом в середине улицы, ища любых новых или подозрительных жильцов. Насколько я знаю квартирных хозяек, они сообщат о дюжинах, но это не важно.

Доктор Фелл откинулся в кресле, насколько позволял его вес, и взъерошил волосы.

— Да, но я бы не сосредотачивался чересчур на каком-то одном участке улицы. Советую проверить все дома. Предположим, Флей убегал от кого-то, когда его застрелили.

— И бежал в тупик?

— Говорю вам, тут что-то не так! — рявкнул доктор, приподнявшись в кресле. — Не только потому, что я не вижу ни единого проблеска здравого смысла (что охотно признаю), но и из-за простоты, которая способна свести с ума. Это уже не фокус-покус в четырех стенах. Это улица. Человек идет по снегу, потом крик, чей-то шепот и выстрел! Свидетели поворачиваются, и убийца исчезает. Куда? Или пистолет летел в воздухе, как брошенный нож, выстрелил около спины Флея и отскочил в сторону?

— Чепуха!

Перейти на страницу:

Все книги серии Доктор Гидеон Фелл

Слепой цирюльник [litres]
Слепой цирюльник [litres]

Золотой век детектива подарил нам множество звездных имен. Произведения таких писателей, как Агата Кристи, Гилберт Честертон, Эрл Стэнли Гарднер, Рекс Стаут, развивали и совершенствовали детективный жанр, их романы, безоговорочно признанные классикой, по сей день любимы читателями и являются эталоном качества для последующих поколений авторов детективных историй. Почетное место в этой плеяде по праву принадлежит Джону Диксону Карру (1906–1977) – виртуозному мастеру идеально построенных «невозможных преступлений в запертой комнате». Роман «Слепой цирюльник» продолжает серию книг о сыщике-любителе докторе Гидеоне Фелле. Внешность героя, предположительно, была списана с другого корифея детективного жанра – Гилберта Честертона, а его заслуги в истории детективного жанра, по мнению большинства почитателей творчества Карра, поистине вызывают уважение. Так, писатель Кингсли Эмис в своем эссе «Мои любимые сыщики» назвал доктора Фелла «одним из трех великих преемников Шерлока Холмса».

Джон Диксон Карр

Классический детектив
Изогнутая петля
Изогнутая петля

Золотой век детектива подарил нам множество звездных имен. Произведения таких писателей, как Агата Кристи, Гилберт Честертон, Эрл Стэнли Гарднер, Рекс Стаут, развивали и совершенствовали детективный жанр, их романы, безоговорочно признанные классикой, по сей день любимы читателями и являются эталоном качества для последующих поколений авторов детективных историй. Почетное место в этой плеяде по праву принадлежит Джону Диксону Карру (1906–1977) – виртуозному мастеру идеально построенных «невозможных преступлений в запертой комнате».Роман «Изогнутая петля» продолжает серию книг о сыщике-любителе докторе Гидеоне Фелле. Внешность героя, предположительно, была списана с другого корифея детективного жанра – Гилберта Честертона, а его заслуги в истории детективного жанра, по мнению большинства почитателей творчества Карра, поистине вызывают уважение. Так, писатель Кингсли Эмис в своем эссе «Мои любимые сыщики» назвал доктора Фелла «одним из трех великих преемников Шерлока Холмса».

Джон Диксон Карр

Детективы / Классический детектив / Классическая проза ХX века

Похожие книги

Абсолютное оружие
Абсолютное оружие

 Те, кто помнит прежние времена, знают, что самой редкой книжкой в знаменитой «мировской» серии «Зарубежная фантастика» был сборник Роберта Шекли «Паломничество на Землю». За книгой охотились, платили спекулянтам немыслимые деньги, гордились обладанием ею, а неудачники, которых сборник обошел стороной, завидовали счастливцам. Одни считают, что дело в небольшом тираже, другие — что книга была изъята по цензурным причинам, но, думается, правда не в этом. Откройте издание 1966 года наугад на любой странице, и вас затянет водоворот фантазии, где весело, где ни тени скуки, где мудрость не рядится в строгую судейскую мантию, а хитрость, глупость и прочие житейские сорняки всегда остаются с носом. В этом весь Шекли — мудрый, светлый, веселый мастер, который и рассмешит, и подскажет самый простой ответ на любой из самых трудных вопросов, которые задает нам жизнь.

Александр Алексеевич Зиборов , Гарри Гаррисон , Юрий Валерьевич Ершов , Юрий Ершов , Илья Деревянко

Боевик / Детективы / Самиздат, сетевая литература / Фантастика / Социально-психологическая фантастика
Имперский вояж
Имперский вояж

Ох как непросто быть попаданцем – чужой мир, вокруг всё незнакомо и непонятно, пугающе. Помощи ждать неоткуда. Всё приходится делать самому. И нет конца этому марафону. Как та белка в колесе, пищи, но беги. На голову землянина свалилось столько приключений, что врагу не пожелаешь. Успел найти любовь – и потерять, заимел серьёзных врагов, его убивали – и он убивал, чтобы выжить. Выбирать не приходится. На фоне происходящих событий ещё острее ощущается тоска по дому. Где он? Где та тропинка к родному порогу? Придётся очень постараться, чтобы найти этот путь. Тяжёлая задача? Может быть. Но куда деваться? Одному бодаться против целого мира – не вариант. Нужно приспосабливаться и продолжать двигаться к поставленной цели. По-кошачьи – на мягких лапах. Но горе тому, кто примет эту мягкость за чистую монету.

Олег Викторович Данильченко , Николай Трой , Вячеслав Кумин , Алексей Изверин , Константин Мзареулов , Виктор Гутеев

Детективы / Боевая фантастика / Космическая фантастика / Попаданцы / Боевики