Читаем Третий рейх полностью

Отобранная агентура пребывала в предварительном лагере около 2 – 4 недель, где подвергалась усиленному «промыванию мозгов», занималась строевой и военной подготовкой, получала общее представление о методах разведработы и проверялась через внутрилагерную агентуру. Те, кто не прошел проверку, отправлялись назад в лагеря, где были изолированы от остальных военнопленных. Те же, кто успешно зарекомендовал себя в предварительном лагере, направлялись в школы. Существовало два основных типа школ: для подготовки агентов для разведдеятельности (тут могло одновременно обучаться до 300 человек), а также школы диверсантов (тут проходило обучение до 100 агентов). Срок обучения зависел от характера предполагаемой работы. Для разведчиков ближнего тыла – от 2 недель до 1 месяца, для разведчиков глубокого тыла – до 6 месяцев, диверсанты учились от 2 недель до 2 месяцев, а радисты – от 2 до 4 и более месяцев. Для более качественной подготовки агенты разбивались на учебные группы по 5 – 20 человек (в отдельных случаях агентов обучали в парах), с учетом индивидуальных способностей, причем группы обучались раздельно, контакты между ними не приветствовались, а с гражданским населением – исключались.

Перед всеми агентами возникала проблема проникновения в тыл для осуществления операций. И чем дальше от линии фронта находилась цель, тем сложнее было осуществлять заброску. Широко практиковался пеший переход линии фронта. И наиболее опасным, но единственно возможным способом проникновения в глубокий тыл был воздушный путь. Агенты пересекали наземную линию фронта на самолетах специальных авиаэскадрилий. Перед переброской, как уже упоминалось выше, отрабатывались легенды и заготавливались фальшивые документы. В случае заброски в глубокий тыл агентам не указывали конкретный срок возвращения, но с группой обязательно отправлялся подготовленный радист, который должен был передавать информацию в центр на определенной волне и в оговоренное время. Если было необходимо, то группам доставляли сменные комплекты батарей питания (или других необходимых вещей) – сбрасывали грузы с парашютом в условленном месте.

В тылу агенты действовали под видом военнослужащих и командированных лиц; раненых, выписавшихся из госпиталей и освобожденных от военной службы, эвакуированных, вблизи фронта – под видом саперных подразделений, производящих минирование или разминирование переднего края; связистов, исправляющих линию, снайперов, сотрудников особых отделов. Для соответствующей легенды агенты снабжались документами, зачастую подлинными, отобранными у военнопленных. Соответствовала документам и экипировка агентуры.

Характер задания агента полностью соответствовал пройденному им курсу. Разведывательная агентура внедрялась в районы боевых действий для сбора информации об укреплениях, расположении, вооружении, нумерации и наименовании советских частей на определенном участке фронта и получения многих других сведений. В глубоком тылу агенты собирали сведения о формирующихся воинских частях, местах их расположения, личном составе, узнавали для каких участков фронта они предназначены, а также собирали оборонно-экономическую информацию (особый интерес представляли предприятия авиационной, танковой и артиллерийской промышленности).

Агенты-диверсанты имели задания по устройству диверсий на железнодорожном транспорте, уничтожению баз и складов с продовольствием и других важных объектов. К тому же они вели антисоветскую пропаганду, совершали убийства офицеров и генералов Красной армии. А на завершающем периоде войны диверсанты, которых забрасывали в советский тыл, организовывали повстанческие отряды для проведения диверсионных акций. На вооружении у них были особые заряды повышенной мощности и, вмонтированные в противогазные сумки, вещмешки, консервные банки, куски каменного угля. При возвращении с задания группы агентов все ее участники изолировались друг от друга. Их показания сличались и подвергались тщательной проверке.

На заключительном этапе войны немецкие разведорганы стали готовить агентуру по сокращенному курсу, для проведения диверсионно-повстанческой работы в советском тылу, агентов набирали из числа членов различных антисоветских партий и организаций Прибалтики, Польши, Балканских стран и Германии.

Следует заметить, что несмотря на то, что разведорганы союзников арестовали множество немецких агентов, часть обученной агентуры и в послевоенные годы осталась нераскрытой, часть продолжила деятельность в различных разведках мира.