Читаем Третий король полностью

— Какая поэма?! — охнул Вечорек. — Какая жена? Она?!

— Да, она! Наш бесценный сотрудник поручик Катажана Рогальская!

Полковник так и сиял.

— Надеюсь, вы не станете возражать — тем более, что она будет вашей женой всего одну ночь.

— Повеяло бульварной литературой, — со вздохом заметила Катажина. — Товарищ полковник, неужели вы думаете, что дольше меня никто не выдержит?

— Ну что вы, я не сомневаюсь, что найдется человек, который пожелает провести подле вас всю жизнь, но это не сейчас. — Полковник принял серьезный вид. — Итак, согласно нашему плану, вы вдвоем отправитесь в Боры, замените там ночью картину, а утром мы под каким-либо предлогом пришлем нашу машину за поручиком Рогальской. Скажем, Кася, что вы физик или химик и вот, несмотря на отпуск, вынуждены вернуться в Варшаву из-за каких-то срочных экспериментов. Вы с неохотой покидаете замок, прихватив с собой оригинал «Третьего короля».

— Ясно, — кивнула Катажина. — А как же Стефан?— И она показала на Вечорека.

— Товарищу капитану придется задержаться в Борах подольше. Мы должны иметь там своего человека, который наблюдал бы за событиями; а капитан Пулторак обеспечит внешнюю охрану замка.

— Но как же нам держать связь с вами, товарищ полковник? Телефон не подходит, потому что разговор может подслушать кто-нибудь посторонний.

— Вы получите коротковолновый передатчик. Он слабый, но вполне пригоден для связи в радиусе нескольких километров — а Пулторак будет совсем недалеко от усадьбы.

— Отлично. — Вечорек посмотрел на Катажину. — Значит, мы никого не ловим, ничем себя не выдаем, просто крадем одну картину и следим, чтобы кто-то украл другую. Но только вот что волнует...

— Что же?

— Ведь в Польше не так много поэтов...

— Но и не так мало, как вам кажется. И потом, кто сегодня читает эпические поэмы? Никто, поверьте мне. Так что все будет в порядке.

— Надеюсь... — Голос Вечорека прозвучал неуверенно.

— И еще. — Катажина, вытянув перед собой руку, пошевелила пальцами. — Кольца! Что же это за супружеская пара без обручальных колец?

Полковник не раздумывая поднял трубку.

— Соедините меня с депозитарием. Говорит полковник Вала. Сейчас к вам придут поручик Рогальская и капитан Вечорек. Выдайте им два золотых кольца по размеру... Что? Может не найтись? Что? Какая разница, пускай будет хоть с утопленницы... Что-что? Неустановленный самоубийца, бросившийся под поезд?.. А кольцо-то цело? Вот и отлично. Да. Под расписку. Они вам сами вернут. У меня все.

И Вала положил трубку.

— Зайдите в депозитарий. Им надо знать ваши размеры. Говорят, есть несколько колечек на выбор.

— С неустановленной утопленницы! — Катажина одарила начальника благодарной улыбкой. — Как мило с вашей стороны, товарищ полковник, не забыть о чувствах невесты! Дар командования девушке-офицеру! Надеюсь хотя бы, что кольцо этой бедняжки из чистого золота и в воде не заржавело.

— Когда выезжать? — деловито спросил Вечорек.

— Сегодня, конечно. Вот-вот появится профессор Гавроньский, который пообещал мне отвезти вас на министерской машине прямо на место и представить хранителю музея.

— Гавроньский?

— Да. Искусствовед. Министерство поручило его заботам музей в Борах. Запомните, пожалуйста: он единственный, от кого я не скрыл, что вы едете в Боры охранять «Черного короля».

— Следовательно, профессор Гавроньский знает и то, что мы собираемся подменить картину?

— Нет, — подчеркнул полковник. — И не должен узнать.

— Не понимаю. — Пулторак посмотрел на Вечорека, а потом перевел взгляд на своего шефа. — Если он знает часть, зачем скрывать от него все остальное?

— Дело вот в чем. Интерпол на основании анализа нескольких операций «Синдиката» пришел к выводу, что эта группа всегда опирается на кого-то, кто находится вне подозрений и имеет доступ к ценностям, которые должны быть похищены. Если бы я не был вынужден безотлагательно поселить вас в Борах, — а это необходимо, поскольку Интерпол убежден, что банда вот-вот нанесет удар, — то я бы не стал посвящать ни во что профессора Гавроньского. Впрочем, я сообщил ему только самое необходимое. Я не хочу этим сказать, что подозреваю профессора Гавроньского в каких-либо связях с «Синдикатом», лично я полагаю, что он абсолютно чист. Но видите ли, — полковник помедлил, — профессор один из тех, кто всегда вхож в музей, поэтому полностью исключать его нельзя. По той же причине я предпочел бы, чтобы вы в его глазах не выглядели безупречными и искушенными служителями закона. На всякий случай, понимаете?

— Стефану это удастся без труда, — серьезным тоном произнесла Катажина. — Я со своей стороны тоже приложу старания, но за успех не ручаюсь. Я слишком безупречна.

Раздался стук в дверь, и в проеме показалась голова дежурного.

— Товарищ полковник, к вам профессор Гавроньский.

— Попросите его немного обождать.

— Слушаюсь, — сказал дежурный и исчез за дверью.

Полковник закрыл крышку чемоданчика, проверил замки и подал Вечореку два маленьких ключика.

— Поставьте к стене, — велел он тихо.

Вечорек бережно взял копию «Третьего короля» и удалился с ней в указанное место.