Читаем Тремор (СИ) полностью

— Как же тут красиво! Попробуй посмотреть на реальность тем же взглядом, что и во время медитации. Так, словно впервые видишь ее.

— Но зачем? Что это даст?

Таня с улыбкой закатила глаза. Ее забавляло то, как Кирилл всегда искал выгоду в жизни.

— Счастье. Ты забываешь, что оно не в чем-то великом, а в том, чтобы наслаждаться происходящим с тобой. Взгляни на это.

Остановившись на склоне, она показала на шероховатую стену домика с лианами. На ставни окон изумрудного цвета и желтую дверь рядом с ними. У маленького столика на террасе стояли горшки с растениями. Они чуть прикрывали собой деревянные стулья с узорчатыми спинками.

— Чувствуешь умиротворение, легкость?

Он пожал плечами.

— Отдели себя от пространства. Направь внимание на свой внутренний мир и на него одновременно.

Люди шли мимо них. О чем-то разговаривали, смотрели по сторонам, подставляя лицо солнцу. В их поведении не было ничего особенного, но для Кирилла они внезапно стали казаться странными. Словно каждое их слово или жест были прописаны в чьем-то сценарии, но никто из них даже не подозревал об этом. Кириллу казалось, что люди — просто картонные куклы, персонажи фильма, не знающие того, что все их действия предопределены, что их самих играют актеры. Минуту назад им был и он сам, пока не вытащил себя из декораций. Пока не проснулся.

Таня с улыбкой смотрела на него. На то, как он крутил головой, словно став ребенком, впервые увидевшим реальность. Глаза округлились и наполнились светом. Коснувшись его руки, она осторожно прильнула к нему.

— Что чувствуешь?

Их пальцы сплелись, но он все так же смотрел вдаль перед собой.

— Что проснулся в фильме. Что теперь я словно вижу себя со стороны и… Могу управлять собой.

— Так и есть, — таинственным голосом произнесла она.

— В этом состоянии можно сделать все, что угодно.

Сказав это, Таня повела его вверх по склону. Они шли по каменистой дороге вдоль похожих домиков, кафе и прилавков. Вокруг было столько цветов, столько ярких красок, что эта тропа стала казаться ему целым миром. Из его сознания исчезли мысли, стремления, прошлое. Он жил здесь и сейчас, на сто процентов осознавая это. Все его существо погрузилось в то, что он видел, слышал, чувствовал.

Улыбка невольно появилась на его лице. Неведомая свобода заполонила сердце. «Я никогда не жил до тебя. Я был где-то в себе, своих мыслях или наоборот забывал о них, растворившись в реальности. Я хочу всегда ощущать то же, что и сейчас. Не знаю, чем я заслужил тебя, но теперь я счастлив». Все это он хотел сказать Тане. Хотел кричать об этом на весь мир, обнимать ее, благодарить Вселенную за то, что она свела его с ней. Но Кирилл просто шел, оглядываясь по сторонам, и улыбался. Боялся, что спугнет, потеряет это чувство.

Но вот они дошли до вершины холма, и домики закончились. На его каменистой поверхности не было никого, никто не нарушал тишину своим движением. Лишь редкие кустарники покачивались на ветру, цепляясь за траву своими ветками.

Ребята подошли к извилистому дереву на краю обрыва. Перед ними простиралась море чисто бирюзового цвета. Ветер с силой подталкивал волны, и они остервенело разбивались об скалы. На их поверхности оставались влажные следы соли, что, как бриллианты, мерцали в лучах солнца.

— Теперь понимаю, почему ты решила сюда поехать, — сказал Кирилл, опершись об дерево. Свежий бриз с задором убрал назад его волосы. Он с наслаждением подставил лицо ветру.

— Тебе хорошо?

— Как никогда в жизни.

Таня вплотную подошла к нему. Она доходила ростом лишь ему до плеча, но встав на корни, стала наравне с ним.

— Это только начало. У нас все будет хорошо, — сказала она с теплой улыбкой.

И он верил в это. Смотрел в карие глаза, в их заволакивающий оттенок и медленно кивал ей. Ему совсем не хотелось идти дальше. Он простоял бы весь день на этом утесе. Насыщался свободой и ветром, забыл бы о времени, о том, что может быть что-то кроме моря, скал и крика птиц над ними. Но вскоре Таня повела его дальше. Их ждали городские площади, замок и тихие пляжи в укромных бухтах.

К вечеру они вновь вышли к набережной. Прогуливались вдоль причалов, старинных домиков и подплывающих кораблей. Те неторопливо причаливали к порту, и, вспенив воду, плавно замирали в ней. Их палубы уходили собой высоко в розовеющее небо. Холмы на его фоне выглядели еще загадочнее, чем днем. В их вершинах затерялся золотой диск солнца. Мимо него с резвым криком летали чайки. Иногда они снижались к морю и на миг окунали в него свои лапки.

— Куда поедем завтра? — спросил Кирилл, и Таня с удивлением взглянула на него.

— Ну, что? — засмеялся он. Теперь ему и вправду было интересно это.

— В этом состоянии все кажется по-другому. Не знаю, правда ли, в нем появляется больше контроля над реальностью, но находится в нем приятно.

— Я просто не думала, что ты сразу сможешь войти в него.

Кирилл усмехнулся.

— Сомневалась во мне?

— Ну, что ты, конечно нет. Просто поначалу сложно удержать внимание. Об этом состоянии обычно сразу забываешь, как только теряешь концентрацию.

— Со мной такого не будет, — приобнял Кирилл ее за плечи.