Читаем Транзит полностью

Местом для курения была открытая галерея вдоль второго этажа аэровокзала. С летного поля и взлетно-посадочной полосы сюда ясно доносились урчание погрузчиков и рев двигателей. Связной закурил Kent и заговорил вполголоса, прикрывая нижнюю часть лица рукой с сигаретой.

– Анатолий просил передать: начинаем в воскресенье.

– Что?

Егоров ушам своим не поверил.

– Это же через пять дней. Нам заявку не согласуют…

– Согласуют.

– Но люди…

– Люди – ваша забота, – отрезал «Коломбо».

Игорю показалось, что стальная галерея сейчас подломится и рухнет под ним.

– Мне нужна полная сумма на поле. Пока у меня только половина, – выдавил он из себя, постаравшись, чтобы его голос не дрогнул.

– Анатолий гарантирует получение. Начинайте, – сказал человек из державы.

Он молча докурил свою сигарету и бросил бычок в урну.

– Мне пора, посадка на транзитный рейс через пять минут закончится. Удачи!

«Это пи…ец», – механически повторял про себя Игорь, пока Женя вез его из аэропорта обратно в город. Еще полчаса назад он был совершенно уверен в том, что в запасе у его бригады не меньше двух недель. Это мнение базировалось на словах того же Красикова. «Попали мы. Срубили бабла. Твою мать! Оправдал доверие. Отличился перед Юлием Святославовичем», – такие и похожие на них мысли в телеграфном стиле осаждали его мозг.

Когда въехали на центральный проспект, водитель вопросительно посмотрел на него.

– Притормози, – велел Игорь.

Достав мобильник из сумки, он набрал номер Александры. Послушал длинные гудки, перезвонил через минуту. То же самое. Отложил трубку.

– Есть поблизости тихое заведение? Только чтобы кормили-поили прилично.

Женя пошевелил губами в знак работы мысли.

– Есть. Кабачок «Пятнадцать стульев», типа арт-кафе. Вечером не влезть, а сейчас места должны быть.

– Двигай туда.

«Может, даже к лучшему, что Саша не отвечает. Почувствует мое настроение, не надо этого. Хотя почему не ответила? И не перезванивает до сих пор… По инструкции, телефон при себе обязана держать, если мы не в переговорной».

– Приехали, – прервал размышления Игоря водитель. – Ближе не могу, какой-то деятель припарковался у дверей.

До входа в кабачок с резной вывеской цвета мореного дуба оставалось от силы метров десять. Перед ним действительно кто-то бросил бордовую Skoda, а позади нее почти впритык стоял серебристый Citroen.

– Артисты, – пробормотал Игорь, отворяя дверцу вездехода.

В следующую секунду он увидел Александру. И она была не одна, вместе с ней из кабачка вышел рослый, точно не ниже Егорова, молодой человек с короткой, совсем не артистической стрижкой, в черной кожаной куртке с «молниями» и заклепками, узких джинсах и салатовых кроссовках. Саша остановилась спиной к внедорожнику, что-то говоря своему визави. Лицо ее собеседника просматривалось отчетливо и показалось Игорю знакомым.

Он осторожно поднял смартфон и, не опуская стекла машины, быстро сделал пару снимков. Вжавшись в салон, скомандовал Жене:

– Задний ход! Только тихо, не рви с места.

Этот маневр не заставил Александру обернуться. Когда LandRover был почти у самого выезда из переулка, молодой человек в кожанке тронул ее за рукав и нырнул в бордовое авто. Девушка помахала ему вслед и зашагала дальше тротуару.

Повинуясь какому-то импульсу, Игорь снова набрал ее номер. Долгие гудки были ему ответом до тех пор, пока менеджер по СМИ не достигла противоположного конца переулка и не скрылась из глаз.

Глава четвертая

Надо продержаться

Рабочий день в корпункте завершался на минорной ноте. Добравшись до места, Егоров строго-настрого приказал Жене забыть о том, что он видел возле арт-кафе. Александра перезвонила ровно через восемь минут после того, как покинула заведение. В ее голосе не было ни тени волнения и, тем более, тревоги.

– Ты чем занимаешься? – спросил Игорь.

– Выскочила из машины кофе попить и забыла взять телефон. Представляешь? Три пропущенных от тебя, я вижу. Прости, пожалуйста, – выдала она в эфир буквально на одном дыхании.

– С кем пила?

– Ревнуешь?

– Как сто Отелло.

– Одна я была, гражданин начальник.

– Верю. Чеши в офис, новости есть, – сказал Егоров и дал отбой.

«Если ты не параноик, ты проиграл», – частенько повторял один его давнишний знакомый, тоже политтехнолог. И жил он в точности по этому завету: проверял вдоль и поперек всех, с кем работал или контактировал, заклеивал объектив камеры ноутбука, менял пароли на компьютере и мобильных устройствах каждую неделю. Повышенные меры безопасности, правда, не уберегли его от гнева проигравшего кандидата, который выдвинулся в мэры, чтобы монополизировать рынок коммунальных услуг. Уступив конкуренту полпроцента голосов, тот явился в штаб к технологу с группой неустановленных лиц в тренировочных костюмах и с монтировкой в руке.

Разборка могла бы закончиться гораздо печальнее, если бы на ее место не прибыла полиция. Бдительный технолог отделался вывихом плеча, ушибами и ссадинами. После того происшествия коллега стал арендовать для штаба на день голосования отдельное помещение, адрес которого не сообщал даже заказчику.