Читаем Транспортный вариант полностью

— В момент осмотра на столе, — диктовал следователь, будто не в микрофон, а прямо на магнитную ленту, медленно переползавшую с одной черной катушки на другую, — находятся документы: черновик заявления по иску Росглаводежды к Чертановской оптовой базе, коммерческий акт…

По звонку Денисова к дому Шерпа прибыло почти одновременно несколько оперативных групп — с Петровки, из райуправления, из отделения милиции, на территории которого произошло ЧП. С самого начала все взял в свои руки следователь, производивший теперь осмотр, — его знали как специалиста. Об этом же свидетельствовал и диктофон, который он по собственному почину брал на места происшествий, чтобы не сидеть за протоколом, а быть полнокровным участником осмотра.

Вторым после следователя был начальник отделения уголовного розыска Сапронов из райуправления — немолодой, со шрамом на щеке, руководивший действиями оперативной группы. Он подробно расспросил Денисова о Шерпе и Белогорловой, но ему мнения собственного не высказал и даже, как показалось Денисову, старался его не замечать: транспортная милиция территориально отношения к происшедшему не имела и функции ее на месте происшествия были чисто наблюдательными.

— Телеграмма из Куйбышева, — продолжал диктовать следователь, — о смерти гражданки Шерп Эф Эс, заверенная районным загсом, авиабилет на рейс Куйбышев — Москва… Личные записи…

— Приводить записи будете полностью? — спросил Сапронов. Он помогал эксперту-криминалисту, возившемуся с вещественными доказательствами.

Следователь остановил вращавшиеся бобины.

— Начальных слов будет достаточно, — ответил он. — Бумаги мы изымем… — речь шла о записках Шерпа.

Потом он снова включил диктофон:

— …Начинающиеся словами «что-то случилось с часами…».

Денисов еще раньше переписал записку к себе в блокнот: она перекликалась с другими похожими, приобщенными к уголовному делу о наезде на Белогорлову:

«…Что-то случилось с часами. Они показывают 17.30, завтрашнее число, к тому же воскресенье. А сейчас пятница и недалеко до полуночи. Не знаю, как привести все в соответствие — дату, день недели, часы и минуты. Да и нужно ли? Как я мог допустить такую оплошность?

Как жить теперь?»

— Жить не хотел, — прокомментировал записку один из понятых.

Другой понятой была уже знакомая Денисову соседка адвоката.

— Я все написала, как вы сказали, — сразу же сообщила она, когда Денисов пришел, чтобы вызвать по ее телефону «скорую» и оперативную группу — он не хотел нарушать обстановку в прихожей Шерпа. — Написала и положила ему в почтовый ящик.

Несмотря на близкое соседство, она, чувствовалось, впервые находилась в квартире адвоката, осматривалась с откровенным любопытством: фотография собаки, приколотая булавкой к стене, наполовину выдвинутый из-под кровати чемодан.

— Такое впечатление, будто Шерп что-то искал, — эксперт-криминалист воспользовался тем, что диктофон был выключен. — Карманы костюма и пальто в шкафу вывернуты, хотя и не полностью.

— Вот и чемодан тоже, — кивнул следователь. — Его определенно двигали.

— В то же время пистолет на месте…

— А гильза? — за каждой деталью стояла своя версия происшедшего.

— Я догадываюсь, почему адвокат не запер входную дверь, — сказал вдруг начальник отделения розыска Сапронов, появляясь из прихожей. — Зачем он утопил ригель замка и закрепил «собачку»?

К нему обернулись.

— Чтобы после смерти не пришлось взламывать дверь! — Подумав, он сформулировал ту же мысль иначе: — Не хотел никому причинять беспокойства.

Типично для самоубийства! Убийца, наоборот, захлопнул бы — пока обнаружат, чтоб и след простыл…

— Деликатный мужчина, — подтвердил понятой, комментировавший до этого посмертную записку. Он жил ниже этажом. — Где бы ни встретились, обязательно поздоровкается!

— Это точно, — поддержала соседка. От нее тоже ускользнула скрытая для постороннего взгляда борьба точек зрения: — самоубийство, убийство?

В начале третьего часа приехал Бахметьев со следователем линейно-следственного отделения. Денисов наблюдал за ними из окна:

Бахметьев что-то сказал шоферу «газика», первым прошел в подъезд.

— Кто-нибудь слышал выстрел? — были его первые слова.

— Соседи, — Денисов встретил его В дверях. — Слышали, по не придали значения.

— Как он лежал?

Начальник отделения розыска Сапронов, угадав в Бахметьеве большое транспортное начальство, аккуратно вошел в разговор:

— Поперек коридора. Точнее, сидел на калошнице под вешалкой. После выстрела его подало вперед и чуть в сторону. — Он первым и сообщил Бахметьеву рабочую версию. — Шерп явно не ожидал, что Белогорлова останется в живых. В общих чертах он уже представлял себе ситуацию и направление первоначальных действий.

— В записках ничего нет о Белогорловой? — Бахметьев обернулся к

Денисову.

— Только косвенно. Вернее, можно заподозрить, что это о ней.

— А о причинах? Что произошло между ними?

— Об этом ни строчки.

— И о ее муже? — спросил представитель линейно-следственного отделения.

— Старкове? Нет.

Ответы Денисова не удовлетворили Бахметьева: