Читаем Транспортный вариант полностью

— Я предполагаю, что использовали охотничий карабин. «Барс», например.

С облегченной пулей. Но не исключены и другие карабины, и автоматические винтовки.

Даже пистолеты. При этом надо учесть также, что при стрельбе из одного оружия могут использоваться патроны другого. И даже другого калибра.

Стрелявший мог знать об этом.

— Ты видел стенку вагона и отверстие, которое произвела пуля?

— Иначе: видел ли я преграду? — эксперт сел на стул верхом. — Я вырезал металл в том месте, о котором ты говоришь… — эксперт пошевелил ботинками, прижал их боковыми рантами к полу, освободил — все в течение доли секунды. — Он достаточно прочен.

— А насчет расстояния?

— Трудно сказать. Так же, как и о направлении полета пули. В данном случае пока особо много экспериментов не поставишь. Не на чем.

— А что сравнительный микроскоп?

— Когда у тебя будет вторая пуля, выпущенная из того же оружия, сравнительный микроскоп еще скажет свое слово… Трудность и в том, что мы не знаем, когда и где был произведен выстрел. С механиком вагона-ледника ты говорил?

— Из-за шума мотора он ничего не слышал.

— Откуда эта секция?

— Из Гурьева. Около недели в пути.

— Видишь? Был ли выстрел произведен в Коломенском? Стрелять могли и несколько дней назад. Долго они стояли в Москве?

— Шестнадцать часов.

— Видишь!

— Но это непохоже на тот случай из ориентировки?

Самопроизвольный выстрел в результате неосторожного обращения с оружием…

— Нет. Здесь другое.

Денисов поднялся:

— А если стреляли по Белогорловой?

Эксперт сложил ноги ножницами:

— У нее были враги?

Денисов прошелся по кабинету, подошел к витрине.

Образцы боеприпасов под стеклом отдавали тусклым металлическим блеском.

— Один из очевидцев утверждает, что она появилась под вагоном не сразу после начала движения…

— Свидетель мог напутать.

— След на межрельсовом пространстве прямой и короткий.

— Бахметьев знает?

— В общих чертах. Следователь уже возбудил уголовное дело.

— Выходит, она пыталась пробежать под двигавшимся поездом… Надо прикинуть скорость… И не так, не на пальцах! — эксперт встал. — У тебя один очевидец?

— В общем-то несколько человек. Но о движении поезда говорит один…

Они еще поговорили. Денисову предстояло много дел: вызванный Ниязовым по повестке очевидец, Шерп, Фесин, платная стоянка.

— Огнестрельное оружие, конечно, свидетельствовало бы о степени подготовки преступления, — эксперт взглянул на носки туфель. Прошел к витрине, рукой смахнул пыль. — О серьезности намерений преступника…

Четком мотиве!

— Объяснись…

— Месть, ревность… Я к тому, что тогда стрелявшего следует искать среди знакомых пострадавшей, Фесин не звонил. Видимо, ему ничего не удалось узнать ни о местонахождении адвоката, ни о его новой работе. Можно было, конечно, начать с жены Шерпа, но Денисов решил ничего не предпринимать, пока еще раз не переговорит с заведующим консультацией.

Он решил ждать: Фесин должен был обязательно позвонить.

За окном, в горловине станции, на мачтах уже горели прожекторы, освещая хитросплетения путей, сложные конфигурации стрелочных переводов. С центральной части старого здания вокзала, с верхушки шатра, к которому симметрично, с двух сторон, примыкали обычные островерхие крыши, тоже бил прожектор. Он был направлен на перрон.

Когда Денисов поднялся к окну, ему показалось, что он рассмотрел внизу своих коллег из вокзальной группы — последние дни они почти не встречались, Он отошел от окна, включил чайник, сразу отозвавшийся едва слышным сипением, сел к столу.

Блокнот был открыт на последней записи!

«Поскольку скоморох был с Белогорловой в машине, не исключено, что и Шерп ездил с библиотекаршей в Калининград. Зачем?»

Чайник быстро закипел, Денисов выключил его, бросил в чашку заварки, плеснул кипятку.

«Ни Шерп, ни Белогорлова, — он снова начал с основной посылки, прописанными в гостинице „Калининград“ не значатся, — он навел справки. Но Кучинская видела библиотекаршу выходящей из этой гостиницы…

Зачем она приходила? Снять номер? Но в этот день она уезжала».

И снова, как перёд тем в коридоре пансионата, он почувствовал появление свежей мысли. На этот раз он не пропустил ее.

«А если Белогорлова приезжала в гостиницу „Калининград“ по какому-то делу? Пыталась навести справки?»

Раздался звонок, Денисов поднял трубку. Однако звонил не Фесин. Денисов узнал голос младшего инспектора — последние дни он работал по две смены.

— Я был у Дернова, — доложил Ниязов. Денисов понял, что и на этот раз порадовать ему нечем. — Кроме того, ездил в пожарное, а потом в архитектурное управления…

— По поводу двадцатиподъездного здания?

— Да. Необходимость не отпала?

— Все-таки лучше попытаться найти. А что Дернов?

— С минуты на минуту будет у вас.

— Он вспомнил о несчастном случае?

— Нет. Сказал, что в тот вечер был у родителей в Егорьевске.

В дверь в это время постучали.

— Наверно, он, — сказал Денисов. — Все. Держи в курсе.