Читаем Тотем и табу полностью

К описанию тотемизма у Фрэзера, одному из наиболее ранних в литературе по этому предмету, хочу прибавить несколько отрывков из недавних исследований. В своей работе «Проблемы психологии народов» В. Вундт пишет: «Животное-тотем обычно считается предком соответствующей группы. “Тотем” является, следовательно, групповым именем, но, с другой стороны, это имя рода, указывающее на происхождение. В этой связи оно обладает также мифологической значимостью. Эти разнообразные идеи взаимодействуют самым причудливым образом, отдельные значения могут исчезать, и потому тотемы нередко становятся всего лишь обозначениями племен, тогда как в других случаях преобладает представление о происхождении или даже значение тотема с точки зрения культа… Понятие тотема крайне важно для разделения племени и его организации, подчиненных определенным нормам обычая. С этими нормами, твердо закрепленными в мыслях и чувствах членов племени, связано то обстоятельство, что первоначально животное-тотем очень часто рассматривалось не просто как источник названия для группы, но как родоначальник соответствующей части племени… Отсюда и известное мнение, что этим животным-предкам поклоняются и совершают в их честь обряды… Помимо отдельных церемоний и церемониальных торжеств, культ животных выражается преимущественно в отношении к животному-тотему: не только какое-нибудь избранное животное, но и каждый представитель той же породы признается до определенной степени священным: членам клана запрещается – или разрешается только при особых условиях – поедать мясо животного-тотема. Этому отчасти соответствует имеющее немалое значение явление противоположного порядка, когда по отдельным поводам случается церемониальное поедание мяса тотема…

…Важнейшим социальным проявлением такой тотемической племенной организации следует считать тот факт, что в ней присутствуют определенные нравственные нормы, регулирующие отношения групп между собой. Среди этих норм на первом месте стоят брачные. Племенная организация в тот период обусловливалась важным установлением, возникающим впервые в тотемистическую эпоху, – а именно экзогамией».

* * *

Если мы, оставляя без внимания последующие уточнения и упадок организации, попробуем охарактеризовать первоначальный тотемизм, то выяснится, что ему присущи следующие важнейшие черты. Исходно тотемами были только животные, которые считались предками отдельных кланов. Тотем передавался по наследству лишь по женской линии. Запрещалось убивать тотем (или поедать – для первобытного мышления это фактически одно и то же). Не допускалась половая близость между членами одного и того же тотемного клана[196].

Бросается в глаза то обстоятельство, что в Code du totemism Рейнака совершенно отсутствует одно из главных табу, то есть экзогамия, между тем как предпосылка другого табу, происхождение от животного-тотема, упоминается лишь вскользь. Но я нарочно выбрал описание Рейнака (ученого, который внес немалый вклад в эту область исследований), чтобы подготовить читателя к различию мнений между учеными; теперь же мы приступим к изучению этих различий.

II

Чем неоспоримее становилось мнение, что тотемизм составляет необходимую стадию развития всех культур, тем настоятельнее делалась потребность в понимании тотемизма и разгадывании его сущности. Казалось, что в тотемизме загадочно едва ли не все, а наиболее непросто было постичь, откуда берется сама идея происхождения от тотема, каков мотив экзогамии (точнее, табу на инцест, выражением которого служит экзогамия) и каковы взаимоотношения между обоими элементами – между тотемной организацией общества и запретом инцеста. Любое внятное объяснение должно быть одновременно историческим и психологическим, должно указывать, при каких условиях сложилась эта своеобразная институция и какие душевные потребности человечества она выражает.

Мои читатели наверняка удивятся, когда услышат об обилии точек зрения, с которых исследователи пытались ответить на эти вопросы, чрезвычайно широко расходясь во мнениях. Сомнению подвергается практически все, что только возможно утверждать относительно тотемизма и экзогамии; даже приведенное выше описание, заимствованное мною из книги Фрэзера 1887 года, вполне способно стать предметом критики – мол, оно выражает совершенно произвольные предположения автора настоящей работы (дескать, оно опровергается и самим Фрэзером, неоднократно менявшим свои взгляды на интересующую нас тему)[197].