Читаем Торнатрас полностью

– Это все слухи. Он просто одинокий человек, которому не хватает нежности. До меня он не знал, что значит настоящая любовь, – отвечала Эвелина. – Я понимаю, что вы с Динуччей переживаете за детей. Но у меня нет сомнений, что Риккардо станет им хорошим отцом. Им ведь нужно, чтобы в доме был мужчина. Особенно Лео. Для мальчика это очень важно. Видели, как Лео сразу к нему привязался?

– Когда вдова выходит замуж во второй раз, праздновать на до скромно, без лишней суеты и публичности, – заметил адвокат Паллавичини, получив приглашение на свадьбу.

Само поспешное решение синьоры Эвелины он комментировать не стал, хотя видно было, что на этот счет у него есть большие сомнения.

– Жених Эвелины как раз хочет, чтобы все было с размахом, – вздохнула тетя Мити. – Он сам выбирал свадебное платье, церковь, убранство, время венчания, ресторан, меню, список подарков – дороже не бывает – и особенно приглашенных гостей. Из-за них поднялась целая буча. Начать с того, что Риккарди не пожелал видеть никого из Твердыни, даже детей. Коломба хотела пригласить своих друзей, и Эвелина была согласна, но жених не разрешил.

– То есть как?

– Вы же знаете, адвокат, с кем дружит моя племянница. С детьми наших соседей и соседей семьи Петрарка.

– Ну и что же? Воспитанные. Хорошо учатся. Если не ошибаюсь, среди них есть даже маленький математический гений…

– …У которого, однако, имеется серьезный недостаток. По крайней мере, так считает жених Эвелины.

– А именно?

– Цвет кожи. «Никаких черных на моей свадьбе не будет, и никаких желтых, – заявил наш новый родственник Коломбе. – И этих оборванцев Эспозито тоже. Представь, там будут съемочные группы двух тележурналов, а также программы „Свадебный альбом“. Я не хочу, чтобы мои поклонники подумали, будто я общаюсь со всяким сбродом».

– Раньше я слышал эту белиберду только от фанатов партии Каррады, – удивился адвокат.

– К сожалению, жених нашей Эвелины тоже подвержен этим предрассудкам, – ответила тетя Мити. – Эвелина пытается его оправдывать. Риккардо, мол, уверен, что весь север Италии придерживается таких взглядов и он, как публичный персонаж, не имеет права разочаровывать своих зрителей. А я говорю, что, даже если бы это было так, он, как популярная личность, должен подать им хороший пример.

Короче, из всех детей нашего дома будущий отчим разрешил пригласить только двух дочерей писательницы Ризотто.

– А внучку Петрарки? Ведь она лучшая подруга вашей племянницы, разве не так? И с цветом кожи у нее все в порядке.

– Риккарди ее совершенно не переносит. Говорит, что она невоспитанная и наглая, хотя видел ее всего один или два раза. Пульче, в свою очередь, относится к нему не лучше. Предлагала Коломбе подложить ему в суп слабительное, заклинание какое-то придумала… Но это их девчачий секрет, так что я лучше промолчу.

– Вы же знаете, что я никому не проболтаюсь, – сказал заинтригованный адвокат.

Пульче отлично рисует, это у нее от дедушки. Однажды, когда мы остались вдвоем у них на террасе, она нарисовала на листке бумаги портрет Мильярди – в полный рост, очень важного, – сверху написала его имя, а потом порвала листок на клочки и выбросила в кошачий лоток с песком. Лоток с утра не чистили, и там было много всего.

Мы сплясали «танец индейцев, вышедших на тропу войны» и понесли лоток в туалет, выкрикивая:

– Ненавидим тебя! Ты – гад и дурак! Ненавистный гад и дурак!

А в туалете Пульче произнесла заклинание, которое по такому случаю придумала сама:

– Гадкий червяк, исчезни! Слейся из нашей жизни!

Потом, с силой нажав на кнопку смыва, спустила воду.

– Тоже мне, маленькие ведьмы! Ну и как, подействовало заклинание? – усмехнулся адвокат.

– К сожалению, нет, – ответила тетя-секретарь. – Коломба, конечно, взбунтовалась: «Если моим друзьям нельзя быть на свадьбе, меня там тоже не будет!» Но мать очень ее упрашивала, и, в конце концов, она уступила. У этой девочки очень доброе сердце.

– Извините, если вопрос будет немного бестактным, синьора Тоскани, – сказал адвокат. – А как же вы с вашими женихами? Они хоть и не черные, но тоже не сказать чтобы коренные итальянцы.