Читаем Тор. Трилогия полностью

– Ха-ха! – Ринго рассмеялся, а потом все же ответил: – Миргородский, вопрос у тебя правильный, а теперь взгляни на происходящее с моей стороны. У нас в отделе, не считая рядовых операторов, всего семь человек, из них двое в отпуске. Остается пятеро, а вокруг базы только вольных поисковиков полторы тысячи. Мы не можем разорваться, поэтому делаем только то, что необходимо, и при этом про себя не забываем. Уяснил?

– Да.

– Тогда свободен.

Давая понять, что аудиенция окончена, Ринго уткнулся в планшет, и я подумал, что лейтенант ничего не знает об имеющемся у меня спецкоде покойного «барса», который может помочь группе проникнуть на объект, вот и реагирует на предстоящий рейд так скептически. После чего встал, покинул его кабинет и вышел из совмещенного с космопортом здания колониальной администрации.

Несмотря на мерзкую сырую погоду база «Дуранго» продолжала жить своей привычной жизнью. Куда-то спешили солдаты, а по дорогам проезжали броневики, легковые автомобили и грузовики. Ничего странного, вот только рядом околачивался рослый светловолосый штаб-сержант с нашивками спецназовца, и он сразу же привлек мое внимание. Все вокруг в делах, а он стоит и косится на меня, словно я ему денег должен.

«Может, это человек Ортеги или Ринго, который присматривает за мной? – мелькнула мысль. – Нет. Вряд ли. Лейтенантам это ни к чему, особенно Ортеге, с которым я пообщаюсь позже. Тогда, возможно, вояка обознался и принял меня за кого-то другого? Тоже нет. Ладно. Буду держать его в поле зрения. Отстанет – хорошо, а нет, значит, не просто так рядом крутится. Эх, жаль, все оружие на въезде осталось, мало ли что. Хотя на самой базе с огнестрелами только те, кто на службе, а подозрительный боец рядом со мной, как и я, не вооружен».

Впрочем, штаб-сержант заметил, что я на него смотрю. После чего он отвернулся, скрылся за пеленой дождя, и я про него забыл. Куда идти дальше, я знал. Разумеется, в отделение Национального корпоративного банка, которое находилось совсем рядом, и я, натянув на голову капюшон, легкой трусцой пересек дорогу и небольшую площадь, а затем вновь оказался под крышей.

В банке меня встретили душевно, и понятно почему. Только вошел, как мою физиономию пробили через общую базу данных, и на коммуникатор дежурного клерка поступило сообщение о состоянии моего личного счета. Очередей не было, и все прошло быстро. Я открыл накопительный счет (мой резерв и неприкосновенный запас на черный день), перевел на него пятьдесят тысяч и получил банковскую карту, а затем разменял еще пятьдесят тысяч виртуальных монет на пластиковые банкноты номиналом по сто, двести и пятьсот реалов, которые находились в удобном портмоне из натуральной кожи.

После посещения банка я собирался сразу же направиться в магазин и помочь Бялецкому в закупке товаров, которые на базе немного дешевле, чем в городе. Однако одновременно со мной из здания выходила девушка, не старше девятнадцати-двадцати лет, черноволосая, высокая и стройная. Красавица. Настоящая прекрасная латинос, словно с картинки. Но что привлекло мое внимание в первый момент, это ее грудь третьего размера – просто шикарная, а только потом я посмотрел на лицо. Откуда она здесь и чем занимается, я не знал. Все мысли улетучились. Захотелось познакомиться с девушкой и поговорить, видать, гормоны заиграли, и я, решив, что камрады спокойно обойдутся без меня, пошел за ней.

Черноволосая незнакомка в ладно облегающем ее тело новеньком и дорогом туристическом комбинезоне легкой походкой выскочила под ливень, а затем оглянулась. Наверное, она кого-то ожидала, и замерла на месте. Потом девушка сделала шаг назад, словно хотела вернуться под крышу, и поскользнулась. Но я оказался рядом и подхватил ее под локоток. Поворот головы, снизу вверх она посмотрела на меня карими глазами, и в них было недоумение. Ну, а я действовал по наитию, кивнул в сторону местного ресторанчика с непонятным названием «Эль Вахо» рядом с банком, чья неоновая вывеска бросалась в глаза, и предложил:

– Давай спрячемся от дождя?

В глазах красавицы калейдоскоп самых разных чувств. Недоумение сменилось гневом. Потом он улетучился, появились смешинки, и она спросила:

– Ты поисковик?

– Да.

– Вольный?

– Точно так.

Девушка еще раз осмотрелась. Словно на заказ рядом ни одной машины, солдат нет, и она кивнула:

– Что же, ведите меня, кабальеро.

В ресторанчике было уютно. Пахло какими-то специями и пивом. Посетителей всего три человека, парочка солдат и один вольняшка, кажется, из группы Роберта Анкура. Плюс худощавый официант и хозяин, полный мужик с роскошными черными усами и крючковатым носом, который, лишь только мы присели за столик, выбежал в зал, подскочил к нам и спросил:

– Что закажете?

При этом он как-то странно, с почтением, посмотрел на девушку, и я это засек. Однако отступать не в моих правилах, будь незнакомка хоть родственницей самого начальника базы генерала Веласкеса. Поэтому я был спокоен и сказал хозяину:

– Кофе. Черный. Натуральный. Два. И пирожные.

Перейти на страницу:

Похожие книги

1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции
1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции

В представленной книге крушение Российской империи и ее последнего царя впервые показано не с точки зрения политиков, писателей, революционеров, дипломатов, генералов и других образованных людей, которых в стране было меньшинство, а через призму народного, обывательского восприятия. На основе многочисленных архивных документов, журналистских материалов, хроник судебных процессов, воспоминаний, писем, газетной хроники и других источников в работе приведен анализ революции как явления, выросшего из самого мировосприятия российского общества и выражавшего его истинные побудительные мотивы.Кроме того, авторы книги дают свой ответ на несколько важнейших вопросов. В частности, когда поезд российской истории перешел на революционные рельсы? Правда ли, что в период между войнами Россия богатела и процветала? Почему единение царя с народом в августе 1914 года так быстро сменилось лютой ненавистью народа к монархии? Какую роль в революции сыграла водка? Могла ли страна в 1917 году продолжать войну? Какова была истинная роль большевиков и почему к власти в итоге пришли не депутаты, фактически свергнувшие царя, не военные, не олигархи, а именно революционеры (что в действительности случается очень редко)? Существовала ли реальная альтернатива революции в сознании общества? И когда, собственно, в России началась Гражданская война?

Дмитрий Владимирович Зубов , Дмитрий Михайлович Дегтев , Дмитрий Михайлович Дёгтев

Документальная литература / История / Образование и наука
Сталин. Битва за хлеб
Сталин. Битва за хлеб

Елена Прудникова представляет вторую часть книги «Технология невозможного» — «Сталин. Битва за хлеб». По оценке автора, это самая сложная из когда-либо написанных ею книг.Россия входила в XX век отсталой аграрной страной, сельское хозяйство которой застыло на уровне феодализма. Три четверти населения Российской империи проживало в деревнях, из них большая часть даже впроголодь не могла прокормить себя. Предпринятая в начале века попытка аграрной реформы уперлась в необходимость заплатить страшную цену за прогресс — речь шла о десятках миллионов жизней. Но крестьяне не желали умирать.Пришедшие к власти большевики пытались поддержать аграрный сектор, но это было технически невозможно. Советская Россия катилась к полному экономическому коллапсу. И тогда правительство в очередной раз совершило невозможное, объявив всеобщую коллективизацию…Как она проходила? Чем пришлось пожертвовать Сталину для достижения поставленных задач? Кто и как противился коллективизации? Чем отличался «белый» террор от «красного»? Впервые — не поверхностно-эмоциональная отповедь сталинскому режиму, а детальное исследование проблемы и анализ архивных источников.* * *Книга содержит много таблиц, для просмотра рекомендуется использовать читалки, поддерживающие отображение таблиц: CoolReader 2 и 3, ALReader.

Елена Анатольевна Прудникова

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное