Читаем Тор. Трилогия полностью

  - Возмущение гиперполя! Выход из гиперпрыжка! Неизвестный корабль! Один! Фрегат класса "Минск"!

  Ноймарк принял решение мгновенно, накинул на голову шлем, потянул на себя консоль управления кораблем и прорычал:

  - Боевая тревога! Связь с кораблями флотилии! Старпома и командира абордажной команды на мостик! Активировать минное поле!

  По кораблю разнеслись сигналы тревоги, и пока благородные тофферы занимали места, согласно боевого расписания, к "Минску" двинулись самоходные мины.

***

  Я пытался убедить Барбару остаться на Ярге. Однако у меня ничего не вышло. Не проявил должной настойчивости. Не нашел нужных слов и аргументов. Не ударил кулаком по столу и не показал характер. Тяжело давить на любимую женщину, которая носит твоего ребенка, а тут еще имперские СМИ сообщили об очередной неудачной попытке похитить принцессу Катю Верден. Что поделать, маньяки и убийцы, желающие причинить зло членам правящей фамилии, не переводились. Наши спецслужбы их корчевали и уничтожали, но постоянно появлялись новые. И этим фактом Барбара приперла меня к стене - видишь, даже на Ярге опасно.

  В итоге я смирился, и супруга отправилась в очередной рейд вместе со мной.

  В поход вышли на пяти кораблях: "Забияка", "Вандал", "Черкес", "Ясон" и "Ромм". Транспорт "Рохо" оставили для связи с колонией, а староимперские трофеи по-прежнему находились на корабельных верфях семьи Маркиных.

  На взлетном поле базы "Раста" играл военный оркестр. Родственники провожали "аргонавтов" и по просьбе инициативной группы из старших офицеров эскадры я пригласил священнослужителей. Был православный батюшка, католический ксендз, мулла и языческий жрец. Мне все равно, я ни в каких богов не верю, а людям приятно. И пока читались молитвы, я еще раз переговорил с Васильевым, которому предстояло отстаивать интересы эскадры в мое отсутствие, а затем поднялся на борт "Забияки".

  Наконец, взлет. Основные боевые единицы эскадры "Арго" вышли в космос и направились к границам империи.

  Прыжок за прыжком. Через несколько суток мы оказались в диком космосе и ничего не происходило. Нам никто не мешал, поэтому я расслабился и отвлекся. Тем более, вчера Барбара прошла полное обследование в корабельном медблоке, и Пабло Бриан сообщил, что плод развивается нормально и у меня будет сын.

  Скажу как есть - я был рад и немного ошарашен. Привык быть одиночкой и сиротой. Дед при этом не в счет, видимся крайне редко и отношения у нас больше деловые, чем родственные. И вот я узнаю, что через определенный срок стану отцом. По сути, я сам еще великовозрастный ребенок, и часто задавал себе один вопрос. Готов ли я стать родителем? Наверное, готов и буду хорошим отцом, в отличие от принца Константина, который только и делал, что искал приключений и даже не подозревал о моем существовании.

  Примерно такими мыслями была забита моя голова, когда мы выскочили из гиперпространства в очередную промежуточную систему.

  Как обычно, в этот момент я находился на ходовом мостике "Забияки", который опережал остальные корабли эскадры на один час, и совсем не ожидал появления врага, который превосходил нас числом и был готов к бою. Шесть против одного. Мой фрегат против трех эсминцев, среднего крейсера, дальнего рейдера и большого миноносца. Каждый неоварвар, а сомнений в том, что мы напоролись на них, не было, сам по себе сильнее "Забияки" по вооружению и больше по тоннажу. Но это не самая главная неприятность. Хуже другое - мины, которые неоварвары раскидали возле точки гиперперехода. Не много и не мало, а больше трехсот штук. И все, что нам оставалось, сражаться, уворачиваться и тянуть время до подхода других "аргонавтов".

  На автомате включив систему общего оповещения, я просипел:

  - Внимание! Боевая тревога! В системе корабли неоварваров! Всем по местам стоять! Одеть скафандры! Иметь при себе личное оружие!

  Я опередил Кутикова и вахтенных офицеров всего на пару секунд. И у меня мелькнула мысль, что можно взять управление "Забиякой" на себя. Однако менять командира корабля не стоило, по крайней мере, во время боя, и я сдержался. Кутиков человек опытный и должен был справиться. А я опять в роли зрителя и мог отдавать только общие приказы.

  - Кутиков! - переключившись на командную волну, обратился я к капитану второго ранга.

  - На связи! - пытаясь экстренно разогнать фрегат, отозвался он.

  - План следующий. Уходим от мин и прикрываемся силовым щитом. По возможности, бьем противника ракетами и электромагнитным оружием, а затем включаем "Пелену", отрываемся и ждем наших. Возражения есть?

  - Никак нет. Все очевидно.

  - Действуй. Надеемся на тебя. Выводи нас, кавторанг.

  - Выведу.

  Мое внимание сосредоточилось на мониторе шлема. На него поступала вся информация о состоянии нашего корабля и действиях противника. Вражеские "коробки" только-только пришли в движение и направились навстречу, а вот самоходные мины, будь они прокляты, уже совсем рядом. Они шли на сближение, и Кутиков отдал приказ артиллеристам:

  - БЧ-2! Цель - мины! "Химерами" и "Верами"! Огонь!

Перейти на страницу:

Похожие книги

1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции
1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции

В представленной книге крушение Российской империи и ее последнего царя впервые показано не с точки зрения политиков, писателей, революционеров, дипломатов, генералов и других образованных людей, которых в стране было меньшинство, а через призму народного, обывательского восприятия. На основе многочисленных архивных документов, журналистских материалов, хроник судебных процессов, воспоминаний, писем, газетной хроники и других источников в работе приведен анализ революции как явления, выросшего из самого мировосприятия российского общества и выражавшего его истинные побудительные мотивы.Кроме того, авторы книги дают свой ответ на несколько важнейших вопросов. В частности, когда поезд российской истории перешел на революционные рельсы? Правда ли, что в период между войнами Россия богатела и процветала? Почему единение царя с народом в августе 1914 года так быстро сменилось лютой ненавистью народа к монархии? Какую роль в революции сыграла водка? Могла ли страна в 1917 году продолжать войну? Какова была истинная роль большевиков и почему к власти в итоге пришли не депутаты, фактически свергнувшие царя, не военные, не олигархи, а именно революционеры (что в действительности случается очень редко)? Существовала ли реальная альтернатива революции в сознании общества? И когда, собственно, в России началась Гражданская война?

Дмитрий Владимирович Зубов , Дмитрий Михайлович Дегтев , Дмитрий Михайлович Дёгтев

Документальная литература / История / Образование и наука
Сталин. Битва за хлеб
Сталин. Битва за хлеб

Елена Прудникова представляет вторую часть книги «Технология невозможного» — «Сталин. Битва за хлеб». По оценке автора, это самая сложная из когда-либо написанных ею книг.Россия входила в XX век отсталой аграрной страной, сельское хозяйство которой застыло на уровне феодализма. Три четверти населения Российской империи проживало в деревнях, из них большая часть даже впроголодь не могла прокормить себя. Предпринятая в начале века попытка аграрной реформы уперлась в необходимость заплатить страшную цену за прогресс — речь шла о десятках миллионов жизней. Но крестьяне не желали умирать.Пришедшие к власти большевики пытались поддержать аграрный сектор, но это было технически невозможно. Советская Россия катилась к полному экономическому коллапсу. И тогда правительство в очередной раз совершило невозможное, объявив всеобщую коллективизацию…Как она проходила? Чем пришлось пожертвовать Сталину для достижения поставленных задач? Кто и как противился коллективизации? Чем отличался «белый» террор от «красного»? Впервые — не поверхностно-эмоциональная отповедь сталинскому режиму, а детальное исследование проблемы и анализ архивных источников.* * *Книга содержит много таблиц, для просмотра рекомендуется использовать читалки, поддерживающие отображение таблиц: CoolReader 2 и 3, ALReader.

Елена Анатольевна Прудникова

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное