Читаем Тор. Трилогия полностью

Маэстро помолчал, тяжко вздохнул и произнес:

– Как же вы меня, друзья-товарищи, бродяги вольные, достали. Этому дай, тому дай. Хрен на всех напасешься. Вот с какого ты решил, что я вам стану помогать? С чего бы? – Авторитет посмотрел на Фергюссона. – Викинг, ты, между прочим, мне уже две тысячи реалов должен, а отдачи нет и не предвидится. Ты Тору про это сказал?

– Нет. – Фергюссон нахмурился.

– Вот видишь, парень. – Поисковик посмотрел на меня. – Он мне должен, а тебе про это не сказал. Так что думай, с кем ты в рейд собираешься идти.

Отступать было нельзя. Здесь и сейчас для меня решалось очень многое, и я парировал:

– Это наше дело, разберемся.

– Ваше, согласен. Но деньги-то мои, и это не я у вас в долг прошу, а вы у меня. Короче, на группу денег не дам.

– А лично мне?

– Считаешь, что за помощь вчерашнюю я тебе должен?

– Надеюсь, что ты про это еще не забыл.

Снова Маэстро вздохнул, помолчал и кивнул:

– Что выручил меня, я не забыл и денег дам. Однако запомни, парень, долг будет на тебе, и отвечать за него будешь ты. Принимается?

– Да.

– Вот и ладно. Сколько вам нужно?

Требовалось десять тысяч, но я решил брать с запасом и выдохнул:

– Двенадцать тысяч.

– Это наглость, паренек! – усмехнулся Свир. – Придержи коней.

– Ша! – Маэстро взмахнул рукой и, когда Свир заткнулся, сказал: – Идет. Деньги получишь. Срок месяц. Отдашь тридцать шесть тысяч. Не сможешь, станешь моим рабом, пока все не отработаешь. Договорились?

Спорить о процентах было бессмысленно, не в том мы положении, и я согласился:

– Да.

– Теперь по транспорту. Когда и куда?

– Брод на реке Дарадо, через семь дней. Грузовик и броня в сопровождение. Туда и обратно.

– Зачем тебе броня?

– Там зона ответственности команданте Альберто. Мало ли, вдруг неприятные ситуации возникнут, а то я слышал, что он вольных поисковиков недолюбливает и по возможности трусит их на деньги.

– Будет броневик, но это еще три тысячи.

– Согласен.

– Свир, ты свидетель.

Авторитет искоса взглянул на помощника, и тот слегка приподнял руку с коммуникатором:

– У нас все ходы записаны.

Словно хозяин, Маэстро кивнул Фергюссону и братве в сторону гаражей:

– Прогуляйтесь.

«Белогорцы», Валеев и Свир отошли, а Маэстро положил мне на плечо руку и доверительно шепнул:

– В авантюру влезаешь, Тор.

– Знаю, – так же, полушепотом, ответил я. – Но мне быстрый подъем нужен.

– За чем хоть идешь?

– За техникой.

– Ага. – Маэстро слегка скривился. – Значит, либо в долину Боруан, либо к горе Карчатка.

Он был прав, мы собирались на Карчатку. Но вслух я этого не сказал, хотя от такого авторитета ничего не скроешь, тем более что именно его транспорт повезет нас к горам, и просчитать, куда мы пойдем – дело нехитрое. Поэтому я только пожал плечами, а Маэстро развернул меня лицом к фермеру:

– Видишь его?

– Конечно.

– Он и его родственник защиту просят.

– Ну и что?

– А то, что он уже не первый. И до него ко мне фермеры подходили, и я всем помогал. Сосватаю аграриям группу бродяг, и они на фермерской земле себе базу делают. В итоге всем хорошо. Поисковики кушают натуральную пищу и не тратятся на гостиницу, а фермеры могут спать спокойно.

– Прямо крышевание.

– Можно и так сказать, но я с этого ничего не имею.

– Кроме авторитета, уважения и подарков, – усмехнулся я.

– Суть уловил верно. – Поисковик помолчал и продолжил: – Так вот, хочу этим фермерам вас сосватать.

– У нас группа временная, остатки «Белой горы» и мы с Валеевым, всего шесть человек, сегодня вместе, а завтра разбежимся.

– Ну, у нас с этим просто. Группы сходятся и разбегаются – это не важно. Главное, чтобы лидер был активный и резкий. Фергюссон большим отрядом управлять не сможет, а в тебя я верю. Ты ведь едва офицером не стал и крестьянина этого сегодня выручил. Вот и поговори с ним, пообщайся, а затем навести ферму. Глядишь, окопаешься там.

– А откуда ты про мое прошлое знаешь?

– Я много чего знаю. – Авторитет отпустил мое плечо. – Кстати, завтра я снова еду упавший в горах «Танго» смотреть. Ты со мной?

– Оплата прежняя?

– Да.

– Согласен, сотня монет не лишняя.

– Вот и ладно. Давай свой коммуникатор.

Поисковик перегнал на мой личный счет двенадцать тысяч реалов, напомнил, что вернуть кредит надо через месяц, пригласил вечером к своему костру, за жизнь поговорить, и ушел. Ну а я подозвал «белогорцев» и сержанта, которые после разговора с Маэстро стали посматривать на меня с уважением, и объяснил им ситуацию.

Перейти на страницу:

Похожие книги

1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции
1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции

В представленной книге крушение Российской империи и ее последнего царя впервые показано не с точки зрения политиков, писателей, революционеров, дипломатов, генералов и других образованных людей, которых в стране было меньшинство, а через призму народного, обывательского восприятия. На основе многочисленных архивных документов, журналистских материалов, хроник судебных процессов, воспоминаний, писем, газетной хроники и других источников в работе приведен анализ революции как явления, выросшего из самого мировосприятия российского общества и выражавшего его истинные побудительные мотивы.Кроме того, авторы книги дают свой ответ на несколько важнейших вопросов. В частности, когда поезд российской истории перешел на революционные рельсы? Правда ли, что в период между войнами Россия богатела и процветала? Почему единение царя с народом в августе 1914 года так быстро сменилось лютой ненавистью народа к монархии? Какую роль в революции сыграла водка? Могла ли страна в 1917 году продолжать войну? Какова была истинная роль большевиков и почему к власти в итоге пришли не депутаты, фактически свергнувшие царя, не военные, не олигархи, а именно революционеры (что в действительности случается очень редко)? Существовала ли реальная альтернатива революции в сознании общества? И когда, собственно, в России началась Гражданская война?

Дмитрий Владимирович Зубов , Дмитрий Михайлович Дегтев , Дмитрий Михайлович Дёгтев

Документальная литература / История / Образование и наука
Сталин. Битва за хлеб
Сталин. Битва за хлеб

Елена Прудникова представляет вторую часть книги «Технология невозможного» — «Сталин. Битва за хлеб». По оценке автора, это самая сложная из когда-либо написанных ею книг.Россия входила в XX век отсталой аграрной страной, сельское хозяйство которой застыло на уровне феодализма. Три четверти населения Российской империи проживало в деревнях, из них большая часть даже впроголодь не могла прокормить себя. Предпринятая в начале века попытка аграрной реформы уперлась в необходимость заплатить страшную цену за прогресс — речь шла о десятках миллионов жизней. Но крестьяне не желали умирать.Пришедшие к власти большевики пытались поддержать аграрный сектор, но это было технически невозможно. Советская Россия катилась к полному экономическому коллапсу. И тогда правительство в очередной раз совершило невозможное, объявив всеобщую коллективизацию…Как она проходила? Чем пришлось пожертвовать Сталину для достижения поставленных задач? Кто и как противился коллективизации? Чем отличался «белый» террор от «красного»? Впервые — не поверхностно-эмоциональная отповедь сталинскому режиму, а детальное исследование проблемы и анализ архивных источников.* * *Книга содержит много таблиц, для просмотра рекомендуется использовать читалки, поддерживающие отображение таблиц: CoolReader 2 и 3, ALReader.

Елена Анатольевна Прудникова

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное