Читаем Тор. Трилогия полностью

День начался со стука в дверь. Я проснулся, оделся для выезда в поле (бронекомбинезон, шлем, пистолет, разгрузка с боеприпасами, нож, аптечка и пара сухпайков) и спустился вниз. Магазин посетить я вчера не успел, да и ладно. Поездка неприятностей не сулила, по крайней мере так утверждал опытный Маэстро, и вскоре я находился возле бронетранспортера. Авторитет построил отряд, в котором оказалось почти три десятка бойцов, кто в бронекомбинезоне, кто в бронежилете, а некоторые вообще без ничего, в обычном камуфляже. Типичная банда. Кстати, среди поисковиков находился немного оклемавшийся сержант Валеев, который узнал меня и кивнул, словно старому приятелю. Ну а потом был инструктаж. Едем. Добираемся до точки. Высаживаемся и пешком выходим к горному озеру, в котором лежит древний имперский кораблик. После чего отряд обеспечивает прикрытие Маэстро и «оценщика», пожилого мужика с близоруким прищуром и тяжелой сумкой на боку, а потом возвращается. На все про все один световой день, если не будет задержек.

– Все понятно?! – пройдясь вдоль строя, выкрикнул Маэстро.

– Да-а-а! – браво ответили бойцы, большинство из которых страдало от похмелья или еще не отошло от наркоты.

– Тогда на погрузку! Свир, распредели, кому и куда!

Бронеколонна была небольшая. Пара легких багги – это разведка. Два колесных броневика (один с автоматической пушкой, а другой с крупнокалиберным пулеметом) и бронефургон. Помощник Маэстро кряжистый здоровяк Свир разместил личный состав, и я оказался в автомашине, рядом с сержантом.

Бойцы расположились на прикрученных к броне скамейкам, а один взобрался в маленькую башню наверху, где на турели находился ручной пулемет. Тронулись. Попылили в сторону гор. Было хотел я поговорить с Валеевым, но сержант как-то сразу выпал в осадок, поник головой и заснул. Поэтому я пристроил между ног автомат, а затем, настроив коммуникатор на частоты шлема, стал просматривать фильм о местной флоре и фауне и так скоротал пару часов.

Что происходило за бортом, я не видел, окон-то нет. В каком направлении мы ехали, непонятно. Только шум громыхающих неплотно прикрученной листовой броней автомашин да еле слышные голоса бывалых бойцов Маэстро, которые перекликались друг с другом – вот и все, что я смог уловить. Как-то вдруг я задремал, но вскоре произошло то, чего никто не ожидал.

Бух-х! Бух-х! Прямо над крышей автомашины что-то взорвалось, а затем автофургон стал заваливаться набок. Происходило это медленно. Поэтому я успел вскочить на ноги и, используя скамейку как опору, постарался не упасть. Получилось, и когда наше автотранспортное средство свалилось набок, я выронил свое оружие, но остался стоять и приник к борту. За ним слышалась заполошная стрельба и взрывались ручные гранаты. Шел бой, реальный, а потом в дверь автофургона что-то с силой ударило, и она, жалобно скрипнув петлями, распахнулась. Внутрь просунулся автомат, и я действовал по наитию. Схватился за оружие, судя по короткому стволу и маркировке в виде иероглифа – что-то вроде китайского АК-200У, и резко, что было сил, рванул его на себя.

– Сука! – услышал я снаружи чей-то разъяренный вопль, и автомат оказался в моих руках.

– Щелк! – Я машинально передернул затвор и на пол выпала маленькая безгильзовая пуля калибра 5.45. Если чувак, у которого я выхватил оружие, не стрелял, а ствол холодный, и в китайском калашникове укороченной модели полный магазин, то у меня семьдесят патронов без одного. Что делать и как поступать – эти вопросы не возникали, так как нападавшие мне явно не друзья, а значит, все просто – я принимаю бой.

Размышлял я недолго. Мысли пронеслись в голове в одну секунду, и я стал действовать. Оглянулся. Все, кто ехали со мной, валяются на полу без сознания – не успели бойцы среагировать на подрыв, и только сержант (везучий человек) вылезает из-под груды тел, и у него в руках мой «кайен». Сам не знаю почему, рывком я скинул с себя разгрузку и бросил ему:

– Лови!

Валеев воспринял это как должное и встал. После чего я опустился на пол и выглянул наружу. Фургон лежал поперек грунтовой дороги, и под самой дверью, встряхивая окровавленной правой рукой и матерясь, стоял какой-то оборванец. Худой, грязный, всклокоченный, борода торчком, и на теле обрывки робы, зато на груди новенькая разгрузка с боекомплектом, и левая рука лишившегося своего ствола человека пытается вытащить из нее гранату. Медлить было нельзя: этот гад мог запросто кинуть гранату в фургон, и всё – прощай, жизнь. Мне такой расклад не нравился, и я, без всяких сомнений, нажал на спусковой крючок.

Автомат издал характерное покашливание и выплюнул в грудь оборванца рой стальных шмелей, которые вонзились в его тело. Противник, раскинув руки, повалился на спину, а я снова выглянул наружу, прислушался к шуму боя, который не стихал, но сместился в сторону от меня, судя по всему, в голову колонны, если мы в ее конце, и спрыгнул наземь. Здесь быстро содрал с бородатого бродяги разгрузку, ведь мой основной ствол у сержанта, который выскочил из фургона следом, и замер.